И не просто соотечественница, а его величества Луи сердечная привязанность.
Впрочем, сейчас Анри иногда подумывал, что, наверное, его величество можно понять. Видимо, он просто что-то знал. Потому что не к ночи будь помянутая маркиза показывала себя ничуть не хуже некоторых весьма приличных мужчин – стойкой, выносливой, да ещё и обладающей изрядным мужеством – потому что ей было очень страшно, но она всё равно стояла в том подвале, и защищалась, хоть и не умела этого совсем. А теперь взяла под защиту жену и дочь тёмной твари.
В историю про котов, прогнавших тварь, Анри сначала не поверил, но потом Асканио сказал – так бывает. И видимо, покойный граф Ренар поселил у себя этих котов не зря. Неужели и раньше кто-то подобный пошаливал?
Вообще Анри пока не видел особых сложностей в том, чтобы упокоить тёмную тварь. Наверное, её можно просто сжечь? Запереть и сжечь? Или ещё как-то там поступить, чтобы совсем, с концами. Асканио на прямой вопрос сказал, что нужно смотреть на самого врага, и там уже будет видно, что с ним делать.
Но нужна помощь местных. Чтобы не считали глупостью и сказками, и чтобы не плодили воинство нежити. Их уже двое, достаточно.
Потому Анри и устроил это сборище в доме графа Ренара, то есть – в доме маркизы дю Трамбле.
Маркиза в последние дни, после пожара, как-то подобрела, и даже взялась не только кормить его людей, когда они помогали ей по хозяйству, но и присылать гостинцы ему самому. Он очень удивился, получив пирог и рыбу, и всё это оказалось весьма вкусно, повар Марсо так не умел.
Что подумала о том послании маркиза и не сочла ли их всех разом ещё большими глупцами, чем они есть, Анри не знал. Да и не горел желанием узнать. Сначала – тёмная тварь, глупости потом.
Отец Вольдемар живо послал сыновей к тем, кого считал достаточно разумным, и кто мог поспособствовать. И предупредил, что обитателей двух соседних долин – такие долины называли распадками – нужно будет подождать.
Ждали в зале маркизы.