– Вы хотите сказать, что тоже повинны в множестве смертей? И ваши жертвы были сплошь невинны, как у нашего почившего, надеюсь, Валерьяна?
- Я сопровождаю друга, и собираюсь произвести исследование местной природы, нравов и обычаев, - сообщил маг-зазнайка.
- Вот и занимайтесь вашими нравами и обычаями, и не мешайтесь под ногами у нас, грешных, которые пробавляются тем, что врачуют ближних в меру своих слабых сил. И вообще, дайте пройти. Вода в крынке есть в зале. Отхожее ведро – там же, в углу. Не нравится угол – ступайте на двор.
- Не какой-то деревенской бабе мне указывать.
- И что же вы никак не можете отвязаться от той деревенской бабы? Прилипли как банный лист, и всё, деваться от вас некуда!
- Кто прилип? Я прилип? – и возмущения в голосе даже больше, чем изумления.
- Так не я же. Дайте пройти, что ли. Вроде и не толстый, а весь проход загородил.
Дуня фыркнула, что-то пошевелилось, и шаги прошуршали в сторону кухни. А другие шаги – в противоположную сторону. Мне же было любопытно – что такого увидел залётный маг в нашей Дуне? И ведь оба – тоже те ещё учёные, которых учить – всё равно, что только портить.
А много позже, когда я уже пробудилась окончательно, и даже коты уже покинули меня и ушли наружу на поиски пропитания – наверное, их кто-то выпустил из комнаты – оказалось, что с рассветом на моём дворе образовались в количестве мёртвые тела. Те, что лежали в моём подвале, да Ерошка из Косого распадка, которого увёл Валерьян, ещё неизвестные люди – и Ортанс Трезон. Про Ортанс рассказал Алёшка – что она вышла к кому-то к ограде, говорила по-франкийски и называла его «Арно», а потом ушла с ним.
А вместо самого Валерьяна – кучка пепла в том месте, где, как оказалось, его добили соединённые усилия двух магов, Асканио – и кого-то второго, никто не знал, кого. Все пришлые были посчитаны, а местные не сознавались. И день начался с того, что отпевали тех, кого можно было отпеть, а кучку пепла развеяли над волнами, и для того едва стоящего на ногах мага Асканио вывезли на лодке в открытое море.