Что же ты был за человек, полковник Гастон, сгинувший здесь по весне? И почему оставил по себе такой хаос и разруху?
Когда Анри появился в крепости, первое, что он увидел – плохо подметённый двор. Потом – криво построенный и наспех одетый гарнизон. Что они тут делали с утра, спали, что ли? С кухни пахло горелыми корками, потому что у повара с утра тоже всё пошло наперекосяк. Отхожие вёдра изнутри не выносили, отхожее место на улице давно не чистили. Рожи немытые, рубахи нестиранные, оружие неухоженное. И как они тут собираются с кем бы то ни было воевать? И вообще, как они тут представляют его, гм, величество короля Франкии?
Впрочем, с этим последним моментом всё находилось в соответствии – каков король, и даже каковы два последних короля, вот так и представляют.
Поэтому – во славу короля Франкии. Не конкретного вот этого короля Луи, тем более, что до него – как до Луны, а то до Луны, может, и поближе будет, просто никто не пробовал. А ради идеи и ради порядка, порядка в крепости и в головах. Кто их знает, этих врагов, придут ли они, и если придут, то когда, но если продолжать вот так, как сейчас – то крепость окажется лёгкой добычей. Не спасут ни толстые стены, ни нечищеные ружья.
А это значит – что? Пробудились по сигналу, живенько умылись-оделись, построились. Стоят, красавцы, даже и не зевают уже. Первые пару дней зевали и чесали лохматые затылки, и получали по этим самым затылкам. Сейчас уже стоят навытяжку и смотрят, как положено солдатам короля.
Анри оглядел строй, остался доволен. Вот так, уже лучше. Кивнул Жаку Трюшону, ближайшему своему соратнику уже бог весть, сколько лет, тот улыбнулся чуток и скомандовал – бегом, марш.
С кухни уже не пахло горелыми корками, но – добрым свежим хлебом, и кашей, и ещё чем-то вкусным. Повара Марсо даже бить не пришлось – поглядел, послушал, осознал происшедшие перемены, сам пришёл, повинился, просил прощения и сказал, что всё будет, как положено.