Если ради этих слов нужен был этот вечер, то он того стоил – внутри все трепетало, я хотела услышать слова поддержки, которых мне от него так не хватало.
По окончании ужина Данияр молча оплачивает весь счет, не позволив родителям расплатиться за нас, и поднимается с места.
– Не люблю быть должным, – произносит Дан с сухой улыбкой. – Нам пора ехать, поздно уже.
На выходе из ресторана, прижимая к себе дочь, я остановилась и подождала Данияра: тот разговаривал с отцом.
– Надеюсь, когда-нибудь вы нас простите, Анастасия.
Я оглядываюсь с дочерью на руках. Его мама двинулась ко мне.
– Я пришла сегодня, – отвечаю ей. – Это значит, что я не стану препятствовать, но пока что няне я доверяю больше, чем вам. Нужно время, вы понимаете.
– Мы не знали всего, что делал Назар, – произносит женщина.
– Но вы знали малую часть, а этого достаточно, – парирую в ответ.
Данияр прерывает наш диалог, сухо прощается с родителями и уводит меня на улицу.
Никакого волшебства не произошло. Никакого хеппи энда в семейной трагедии не случилось. Напротив, в душе поселилась тяжесть, но когда мы втроем остаемся наедине, то и она пропадает.
– Неужели всегда будет так тяжело?
– А ты хотела слез и объятий? И чтобы все друг друга простили? – вздохнул Дан, выруливая с ресторанной парковки.
– Хотя бы как-нибудь, но не так…
– Такова жизнь, Насть. Я даже не надеялся ни на что. Так проще.
– А я надеялась, – произношу твердо.
– Но вышло все равно по-моему. Нет надежд, нет разочарований. Запомни, родная.
Муж кладет ладонь мне на колено и медленно поглаживает. С платьем я поспешила, под вечер действительно стало прохладно, но я снова не послушала Дана. Благо, он промолчал и не стал больше отчитывать.
Под тихую мелодию мы спокойно едем в сторону дома. Втроем. И кажется, что больше нам никто не нужен.
– Но хотя бы у нас будет хэппи энд? – спрашиваю сонно.
– А ты бы где хотела его провести?
Не раздумывая, отвечаю с улыбкой:
– На островах.
Эпилог"
"Семь месяцев спустя
– К сожалению, такие условия нам не подходят, – произношу как можно ровнее, при этом стараясь не выдать своего раздражения.
Они что, принимают нас за дураков? Мы ведь не одни прилетели, с нами юристы международного уровня, с нами знающие и опытные люди.