Остальные, подозреваю, абсолютно не понимали суть этой беседы. Ну разве что его дружки.
— Я… Исправлю. Сам. — Выдавил из себя Джулиан, глядя на магистра, как на личного врага. — Сегодня. У меня только один вопрос. Позволите?
— Кто я такой, чтобы это запрещать, — хмыкнул некромант. — У нас в стране, если помните, свобода слова.
Джул не оценил его иронии, скривился, но спросил:
— Как? Как вы узнали?
— Узнал что? — С мрачным ехидством блеснул глазами некромант.
— Что это… не моя книга, — поморщился Джулиан, на этот раз не выдавая себя даже косым взглядом в мою сторону.
— Единственный экземпляр по «Истории магического уголовного права» работы профессора Оулдера, взятый в библиотеке на имя другого адепта? Действительно, как же я узнал, — презрительно произнес магистр, всё-таки опозорив парня при всех, но при этом так и не назвав моего имени.
— Но она… — Джул резко осекся, — он мог дать мне книгу сам!
— Адепт Изандер, не отнимайте моё время нелепыми оправданиями, — резко отчеканил преподаватель, вдруг став выше и будто даже массивнее.
Удивив тем, что обошелся без уже привычного опроса по самостоятельно изученной теме, некромант взял настолько быстрый темп, что даже я едва успевала за ним, в итоге не пытаясь записывать слово в слово, а оставляя место для того, чтобы чуть позже дописать информацию уже из учебников.
До конца занятия оставалось минут пять, когда некромант прервался, а через несколько секунд уничижительным тоном заявил:
— Адептка Дринкеш, у вас проблемы с личной гигиеной?
— В с-смысле? — икнула от неожиданности рыжая.
Естественно, я не удержалась (и не только я), и весь курс уставился на девицу, затаив дыхание. Ведь все уже поняли, что просто так магистр ничего не говорит и не делает.
— Вы проживаете в трущобах? — игнорируя девицу, задал новый вопрос магистр Ламбертс.