Джулиан всегда может заявить, что всего лишь заботится о попавшей в беду однокурснице, а дверь в комнату была в принципе открыта. И ничего такого он не хотел. Вообще ничего такого.
Тц! Как же непросто быть живой и скованной человеческими условностями!
Интересно, что имел в виду магистр?
Так, думая обо всём и ни о чем, я первым делом дошла до столовой и не очень вкусно, но сытно поужинала. Не знаю, кто донес Джулиану о моем появлении среди студентов (и это при том, что я припозднилась и в столовой почти никого не было!), но я еще допивала чай, когда за мой столик пугающе плавно уселся его светлейшество будущий герцог Шантаросский, и грозно, словно имел на это полное право, спросил:
— Где была?
Сначала я допила чай.
Не понял.
Тогда я прохладно произнесла:
— Не твое дело.
Но и это не донесло до Джулиана мою мысль, потому что он медленно наклонил голову набок, гипнотизируя меня своим мрачным взглядом, и делая ударение на каждое слово, отчеканил:
— Это.
— Какое? — уточнила скептично.
— Ты.
— У-у-у… — глянула на него, как на душевнобольного. — Всё-таки влюбился? Слушай, я, конечно, сочувствую и всё такое, но пойми уже…
— Не влюбился! — рыкнул парень, перебивая. — У тебя нога повреждена! Совсем не волнует собственное здоровье?!
— Волнует, — кивнула спокойно, всё еще не понимая, чего он так психует.
Последнее я точно зря сказала. Но кто бы знал, как он меня уже раздражает!
— Ты действительно хочешь видеть меня в своих врагах, детка? — с ядовитой лаской поинтересовался боевик.
— Джу-у-ул! — протянула так проникновенно, что умудрилась сбить с него весь воинственный настрой. Парень аж сморгнул и уставился на меня с возмущением.
— Не ори, — процедил, выпрямившись на стуле так, словно позвоночник заклинило. — Я понял. Но зря ты так… Я же просто… Ладно. Понял.
С этими словами Джулиан встал из-за стола, с противным скрипом сдвинув стул, и наконец оставил меня одну.