Он ценил своих людей, и многие, кто сейчас стояли с ним из последних сил бок о бок, прошли такой же путь.
— Виталя, ну-ка бафни меня! — сказал командир. — Я расчищу вам путь и прикрою.
— Чего? Ты что, собрался тут погибать? — воскликнул лекарь.
— Спокойно! Я так просто не сдамся.
— Э, командир, ты че за бред несешь! Отряд, оставшийся без командира, быстро падет! — крикнул ему Рыжиков.
— Тогда командование отрядом я передаю Семенову, — он посмотрел на лекаря. — Все! Поехали, Виталя! Это приказ! Всем ясно?
В ответ получил слабые «есть».
"Лифанцев молил бога, как бы не появился сам Петр Первый, иначе все их потуги пропадут моментально. Но к счастью пока его не наблюдалось.
Хотя командир видел, как с отдельным отрядом из десяти человек Петр Первый ушел вглубь Кремля.
Надо было сдержать как можно больше народу. Все же роду Романовых мог составить конкуренцию только род Романовых.
К тому же незадолго на нападения в Кремль приехал князь Кузнецов. А этот парень не самый слабый противник. Даже наоборот.
Лифанцев усмехнулся. Не о том он сейчас думает. Совсем не о том. Надо обеспечить отход солдат и постараться удержать атаку как можно дольше, чтобы товарищи смогли перегруппироваться.
— Готовы?
— Готовы!
На лицах солдат читалось нежелание оставлять командира. Но приказ, субординация. Иначе они не кремлевская гвардия.
Лекарь начал напитывать тело Лифанцева энергией. Товарищи передали ему защитные артефакты и несколько дистанционных магических бомб.
— ВПЕРЕД! — крикнул он, и как только защита спала, он пустил круговую атаку и начал кидать заклинания в разные стороны с такой скоростью, которой могли позавидовать штатные маги.
Остальные же, прикрываясь слабыми щитами, побежали к зданию. Тот, кто бежал впереди, кинул шумовую гранату, и они забежали внутрь.
Лифанцев знал, что в помещении использовать магию массового типа опасно просто из-за того, что можно задеть своих. А значит, сражение будет идти в ближнем бою, и тут он не сомневался в парнях.
Враги, которые занимали другие помещения, пытались уничтожить гвардейцев, но Лифанцев буквально делал невозможное, чтобы не пропустить никого. Ему удалось подбить аж четверых. Но все же он не мог в одиночку долго сдерживать несколько десятков солдат, и они наседали. Силы кончались. На теле появлялись новые раны.
Тут уж и жизнь начала предательски пробегать перед глазами.
— Зараза, рано… — скрежетал зубами командир.