– К тому же я большую часть пути проспала, в отличие от тебя, – напомнила ему.
Странная усмешка и сообщение:
– Мы переночуем здесь.
– Я посижу на страже, все равно выспалась, – напомнила об очевидном.
Но один пугающий взгляд, и, едва я заткнулась, Адзауро в приказном тоне произнес:
– Ты будешь спать.
Я посмотрела на него и поняла, что боюсь. Спать с ним, быть с ним, просто сидеть рядом с ним. Собранный, думающий и заботливый – о таком мужчине можно было бы только мечтать, но его тяжелый темный немигающий взгляд… И я вдруг подумала: а если сейчас сюда нагрянет моя команда, что он сделает? Обрадуется и вернется домой? Что-то я сомневаюсь.
– Так что с твоей девственностью? – прекратив пугать меня взглядом и доставая рыбу из листьев, спросил Адзауро.
И вот любого другого я бы послала, а его… откровенно говоря, побоялась.
– У нас, – принявшись за продолжение ужина, заговорил Акихиро, – тоже есть категория женщин, продающих свою невинность.
– Цветущих, – поправила я.
Адзауро лишь усмехнулся и вновь посмотрел на меня:
– Гейши обычно высоко оценивают девственность. Но, даже будучи девственной, это уже гейша, Кей.
И сказано было так, что становилось ясно – шлюха, только планирующая продать себя, все равно уже шлюха. Я ощутила, как вспыхнули от негодования щеки, и я знала, что лучше бы промолчать, но молчать не стала."
"– На таких планетах, как Ятори, – начала, нервно извлекая кости из рыбы, – и на некоторых других девственность ценится крайне высоко.
Адзауро, не став комментировать, спросил:
– И как все это связано с продажей твоей невинности?
Я отломала кусочек белого мяса, закинула в рот, медленно прожевала и спросила:
– А на что ты поймал эту рыбу, Акихиро?
– Руками, – спокойно, без тени бравады ответил он.
Так, значит, не очень хороший пример, попробуем иначе:
– Ты знаком с принципом ловли рыбы на удочку?
И жующий Аздауро жевать перестал. Его глаза прищурились, и этот крайне умный социопат мгновенно уловил фишку:
– Ты приманка, – произнес он.
Мило улыбнувшись, кивнула в ответ.
Чи несколько минут сидел, молча глядя на меня странным, мало объяснимым взглядом, затем выдал:
– Неожиданно.