То есть я была права с самого начала – клан догадался, кому обязан гибелью своих собратьев, и будет мстить до последнего.
Вот только… я крыса, я стальная крыса, способная выжить везде и в любых условиях, потому что крысы играют не по правилам.
Поиграем, малыш.
– Слушай, – я не пыталась отстраниться и руки держала на виду, демонстрируя более чем мирные намерения, – я все понимаю, и у меня лично нет к тебе никаких претензий… ну, кроме того, что ты видел меня почти голой…
Мужик с маской женского лица криво усмехнулся.
– Но… – произнесла, отвлекая его от явного желания не только вспомнить как это, в смысле, моя грудь выглядела, но еще и полапать. То есть о слепой зоне этот асин тоже знал.
Потрясающе просто!
– Но… – добавила с едва заметной ухмылкой, – ты пробыл здесь достаточно для того, чтобы осознать – Адзауро-старший прекрасно умеет лгать.
Взгляд асина мгновенно переместился с моей груди на глаза, и в глубине его собственных что-то мелькнуло, что-то вполне логичное – то ли недоверие, то ли подозрение.
Не важно, мне требовались обе эти эмоции.
Я сыграла именно на них, выдохнув:
– И я сильно сомневаюсь, что столь опытный и давний игрок на политической арене мог допустить такую оплошность, как высказанное с бравадой «мой внук однажды вам уже навалял».
Шиноби медленно сузил глаза, словно пытаясь просканировать меня на предмет лжи. Зря. Лгать я умею виртуозно, я научилась лгать даже самой себе, что уж говорить о других.
"– И к тому же, – продолжила, осторожно отводя острие отравленного кинжала от своего горла, – ты сам воин, и вот ты, как воин, скажи мне – мог один несчастный тощий подросток завалить несколько сотен великолепно обученных шиноби клана Синар?
Я точно знала, что мог. Я видела, на что был способен Адзауро. Я помнила, сколько времени он может, к примеру, нести меня на себе или не спать, не проявляя никаких признаков усталости, да и много чего еще я лично о нем знала.
И тот, кто выдавал себя за исаку Толла, низким мужским голосом ответил:
– Я тоже испытывал… сомнения. Но… Адзауро-старший…
– Лжец, – перебила я его. – Лжец и подлец. Ты шиноби, ты сто процентов шиноби, и как шиноби ты не мог не обратить внимания на то, что старший господин использовал, когда беседовал со мной.