И словно почувствовав это, Адзауро мгновенно повернул голову, и глаза его, казалось, потемнели сильнее, а я… я чуть не выронила оба веера.
И у них появился повторный шанс упасть, когда Акихиро очень тихо, но так отчетливо, что создавалось впечатление, будто прогремел гром, произнес:
– Моя невеста будет танцевать для меня. Исключительно для меня. И только для меня.
Его слова на миг зависли в воздухе, а после обрушились недовольным рокотом приглашенных гостей, возмущенным возгласом так подгадившего мне принца, попыткой главы клана Адзауро приструнить младшего господина… Но Акихиро стоял намертво.
И даже я с трудом удержалась от испуганного шага назад, когда Акихиро решительно направился ко мне.
Призвав всю выдержку, на которую только была способна, я заставила себя стоять без движения, глядя, как этот монстр безразлично ступает, практически не глядя под ноги, – гости с циновками сами пытались уклониться от столкновения, и Адзауро-младший шел, а остальные просто убирались с его пути, разбегаясь, как тараканы от луча света.
Жуткое сравнение, но я едва ли могла бы подобрать иной эпитет к происходящему…
Впрочем, я вовсе лишилась дара речи и способности мыслить, когда Акихиро приблизился.
Взгляд в мои глаза.
Взгляд на чрезмерно огромные гэта.
Ярость, промелькнувшая во взгляде, но никоим образом не отразившаяся на лице.
А потом мир внезапно перевернулся, и я даже не поняла, как Чи столь легко и естественно, словно мой вес вообще был абстрактным явлением, подхватил меня на руки и понес прочь из холла, к лестнице Хризантем, на которую взошел, даже не изменив дыхания, а после, уверенно шагая по Фарфоровой галерее, понес меня к моей комнате.
И все это время, пока я потрясенно смотрела на его алебастрово-бесстрастное лицо, Адзауро-младший не произнес ни звука, а я… у меня просто не было слов, зато имелся основательный шок от произошедшего.
Но все, что я смогла, – только сказать:
– Ты что творишь?
И то лишь после того, как за нами захлопнулась дверь моей комнаты.
– Ты… – у меня голос срывался.
Акихиро, никак не реагируя на мое потрясение, донес меня до циновки, медленно опустился на колени, усадил меня и посмотрел в мои глаза.