Если даже один листочек помнется… – помолчал, сверкнув демоническим взглядом. – Если реферат не одобрят, тебе хана!
Он треплет меня по щеке ладонью, а потом, обхватив пальцами за шею, шепчет ядовито.
– Трусы твои я заценил. Половая тряпка уборщицы – и то новее. Смени гардероб. Я люблю кружево!
Толкаю его в грудь ладонями! Но он как скала, не отодвинуться.
– Кружевные трусики чтобы надела, поняла? Или совсем без трусов будешь ходить! – щиплет за ягодицу. – И сходи в медпункт.
Отходит резко, так же как подскочил.
Он вообще может передвигаться как все нормальные люди?! Или не может?
Я едва стою на ногах! Колени дрожат…
Глава 11
Марк
– Ты ж её сейчас не трахаешь? Может сдашь мне пока в аренду?
Молча.
Я делаю это молча…
Скидываю с колен шалаву, хватаю утырка за загривок с глухим “бум” впечатываю его лбом в скамейку. Слышу вой боли и кажется хруст.
– Марк!
Держу его со всей силы, вдавливая рылом в твёрдую деревянную поверхность.
– Ещё раз нечто подобное посмеешь тявкнуть, я тебе язык вырву и в жопу засуну, понял?
– Отпусти… Прошу… Извини, Марк! Пусти-и-и-и! – мычит, глотая сопли, слюни, завывая от боли, что слов едва можно разобрать.
– Усёк?! – надавливаю сильнее на затылок.
– А-а-а! Больно-о-о-о! Усёк, усёк!
Отпускаю, брезгливо встряхивая рукой в воздухе, словно потрогал вшивого пса.
– Сегодня драишь общажные толчки.
– Хорошо… Как скажешь! – держится за лоб, который скоро станет похож на огромную сливу.
– Своей зубной щеткой! – уточняю. – Теперь исчезни с моих глаз! Чтобы неделю рожу твою не видел.
Две секунды, Светлакова и след простыл, я поворачиваюсь к остальным:
– Так будет со всеми, если мне что-то не понравится, всем понятно?
– Понятно.
– Да.
– Разумеется!
Дружно закивали, глядя на меня ошалевшими лицами.
Вот же заноза в одном месте.
Ударилась наверно сильно…
– Подножку! КТО?! – со звериным рычанием в голосе.
И опять тишина. Все стушевались словно церковные мыши, отводя глаза кто куда.
– Ладно, позже выясню! – подхватил реферат, стряхнув с него пыль, с быстрого шага перешёл на бег.