Неужели он бы пошел на это? Сомневаюсь… Что касается тетки, то этой ушлой бабенке нужны лишь деньги, которые она получила. Прищурившись, делаю вывод: мы однозначно уедем — вот только без детей. Их они оставят богатым семействам, чтобы те нас не преследовали.
Дверь не заперта, Вересовы возятся с Дилярой, на которую не так быстро действует наркотик, ведь она, очевидно, пичкает ими себя постоянно, ее организм привычен к большим дозам. И наблюдая за их усилиями, я делаю резкий бросок к двери и распахиваю ее настежь, вырываясь на свободу.
Глава 45
Успеваю пробежать всего лишь несколько шагов, как Гена догоняет, хватает меня за руку, больно вцепляется пальцами в мои и дергает на себя. С бухающим в горле сердцем поворачиваюсь к нему и сталкиваюсь с колючим злым взглядом, понимая, что у меня есть всего лишь мгновение, чтобы спастись. Не теряя времени, ору во всё горло:
— Пожар! Горим!
Это единственно верный способ гарантированно привлечь к себе внимание равнодушных людей.
Ладонь Гены жестко запечатывает мне рот, до боли сдавливает губы, но поздно.
"Пока он стоит и размышляет, я вырываюсь и снова пускаюсь наутек, кубарем скатываюсь по лестнице и бросаюсь к стойке администратора. Испуганный мужчина в строгом костюме озирается по сторонам в поисках поддержки, и ему на подмогу спешат охранники.
— В номере двадцать семь силой удерживают дочь влиятельного человека. Проверьте! — успеваю выпалить, прежде чем Гена ловит меня в свои стальные тиски и сдавливает поясницу. Но я не боюсь его. Что он мне сделает? Чем сможет шантажировать? Он допустил ошибку — и я тут же ею воспользовалась.
С торжествующей улыбкой смотрю, как два парня идут наверх, в глазах Гены появляется дикий страх, а администратор без промедления вызывает полицию.
— Лучше тебе отпустить меня, — цежу сквозь зубы, когда Вересов начинает шептать мне в ухо угрозы. — Ты проиграл. У вас ничего не вышло.
— Это ты так думаешь, лялька, — шипит мне прямо в лицо, — ты останешься одна, никому не нужная, детей тебя лишат, упрячут в тюрьму.
— Тебя тоже! — не остаюсь безответной, вырывая руку и глядя на него с презрением.