— Рога дамианца краснеют при встрече с истинной самкой, — низко прохрипел он. — Ты предназначена мне, Мира. Я возьму на себя ответственность за то, что сейчас произойдёт. Но я должен убедиться, что ты осознаёшь. Что это твой осознанный выбор.
Он лёг на бок рядом со мной, аккуратно снял мою ладонь со своих рогов и решительно положил на огромный бугор на своих штанах. Я ошарашенно уставилась в глаза Корда, осознавая: мы наедине. Он обнажён по пояс. С рогами. С большим напряжённым членом. Что-то говорит про ответственность.
— Истинная самка? — спросила я, окончательно погружаясь в понимание.
— Да, Мира, — серьёзно сказал Корд. — Я сейчас сниму с нас всю одежду. Буду долго ласкать и целовать тебя везде. А потом ты примешь меня, — он прижал мою ладонь к своему паху сильнее. — На всю глубину, Мира.
— Эээ…
На меня обрушилось осознание: я нестерпимо хочу вот это всё, что сейчас озвучил Корд! Дико хочу!
Прилив возбужденных мурашек стал сильнее.
Не нашла ничего умнее, как сказать:
— А поместится?
Корд ухмыльнулся, резко сграбастал меня, повернулся на спину и просто уложил меня на себя.
— Поместится, малышка, — хрипло сказал он и посмотрел на мои губы. — Тебе не будет больно, не бойся. Я позабочусь, чтобы тебе стало очень хорошо.
Я сглотнула вязкую слюну. От его слов все во рту пересохло враз.
Думала я недолго. Я никому ничего не должна, обязательств ни перед кем не имею, мужчина во всех отношениях и других местах выдающийся, и… я хотела его до помутнения в глазах.
— С тобой не страшно, Корд, — прошептала я, приближая свои губы к его губам. — Я очень хочу… с тобой.
С утробным рыком Корд обхватил меня ручищами, перевернул меня на спину, навис сверху. Его рога светились ярким красным светом, а зрачки расширились, раздвинув радужку до краёв.
— Самая красивая, что я видел, — сказал он, властно захватывая губами в мои губы.
Подчиняюще, жёстко, и при этом безумно трепетно и нежно. Изучая, пробуя меня на вкус.
Да я и сама впала в некий транс. Выгнулась под ним, обхватив его руками и ногами, отвечала на поцелуй, сплетала язык с его языком.
Корд оторвался от моих губ, поцеловал в шею, стал чертить огненный узор поцелуев на моей коже, продвигаясь вниз. Не заметила, как и когда он умудрился нас раздеть, но довольно застонала, ощутив его руки на мне, на голой коже.
Я пыталась прикоснуться в ответ, он же такой весь большой, рельефный, красивый, просто крышесносный.
Не позволял. Зато сам…
Поцелуй на моей груди.