Я живу без оглядки, или Узнай тайны женской души

— Звоните, мать вашу!

Усатый охранник судорожно набрал номер милиции и заговорил невпопад:

— У нас здесь стоит звезда экрана… Она рассказала нам совершенно жуткие веши. Убит или похищен торговец оружием… Михаил…

— Да не Михаил торговец оружием, а те, кто ворвался в его дом, — устало поправила я.

— На двадцатый участок ворвались торговцы оружием…"

"— А может, они и не торговцы вовсе. Может, они этим оружием не торгуют, а просто его хранят. Может, они сторожа, — принялась рассуждать я.

— На двадцатый участок ворвались сторожа оружия, — подхватил мои мысли охранник.

 — Несколько секунд спустя он покраснел и начал оправдываться: — Да я не пьяный. Я говорю со слов потерпевшей. Она звезда экрана, честное слово…

Поняв, что с этим идиотом каши не сваришь, я выхватила у охранника трубку и закричала:

— Вы почему не желаете выезжать на место преступления? Я жаловаться буду! Вы что, умеете только взятки брать да документы проверять? Похитили, а может, и убили человека! Хозяина двадцатого участка! Только я точно не знаю, что с ним сделали, возможно, убили, потому что эти гады не любят оставлять свидетелей.

А ведь если убили, то страшно становится! Страшно за то, что хороших мужиков убивают. Их и так мало, нужно в Красную книгу заносить, а убивают! А алкаши да альфонсы остаются и живут себе припеваючи! Мужика приличного и так днем с огнем не сыщешь, а их еще истребляют. А ведь Михаил мог и жене и любовнице помогать. Вы думаете, почему у мужчин и жена и любовница? Не потому, что с жиру бесятся, а потому, что мужчин вдвое меньше, чем женщин. Вот им и приходится сразу двух женщин содержать и обслуживать. Эти гады убили деда Герасима. Если не верите, смотайтесь в деревню Андреевка и убедитесь сами. В этой деревне три бабки живут и один мужик, так этого мужика и убили! На местном кладбище в свежей могиле лежит оружие, а в другой адвокат хозяина двадцатого участка. Вы не тяните резину, вы приезжайте. Может, его еще спасти можно. У нас номера машин записаны!

Прохрипев сорванным голосом последние слова, я протянула трубку охраннику и выдохнула: — Назови свой юридический адрес.

Пока охранник диктовал адрес, его напарник дрожащими руками сунул мне листок бумаги и шариковую ручку.

— Будьте так любезны, подмахните.

— Что?

— Автограф дайте, пожалуйста.

— Прямо сейчас?

— Ну да. Вряд ли мы еще когда-нибудь увидимся. Если, конечно, вы пожелаете, то я могу оставить вам свой телефон или вы мне свой.

— Зачем?

— Ну мало ли.