— Как это? — затаила дыхание я.
— Мужчина выжил. Никто не знает ни его имени, ни фамилии. В тот же вечер, как только его доставили в больницу, он был прооперирован. Лежал в реанимации. Врач сказал мне, что у парня очень сильный организм. Даже чересчур. Как только он пришел в сознание, его увезли в неизвестном направлении.
— Ничего себе!
— Он попросил телефон и кому-то позвонил. Ночью за ним приехали вооруженные до зубов парни на машине с замазанными грязью номерами, согнали весь медицинский персонал в одну комнату, закрыли на ключ и похитили тяжелобольного.
— Прямо как в навороченном боевике.
— В последнее время вся наша жизнь течет по сценарию крутого боевика. Взрывы, убийства, похищения, пропажи. Даже страшно подумать, что же ждет нас завтра.
Мы замолчали, но вскоре Михаил нарушил молчание:
— Анна, ты о чем думаешь?
— О похищенном мужчине. Странно все это как-то. Странно. И даже нет никаких объяснений. За какую ниточку ни дернешь, она тут же обрывается.
— Не думай о плохом.
— Стараюсь, да только хорошего ничего нет.
Михаил посмотрел на меня так, что я опустила глаза, боясь встретиться с ним взглядом. Я чувствовала, что он пытается заглянуть в мои глаза, а они у меня необычные — по-кошачьи зеленые. Я почувствовала какую-то легкость и захотела поверить, что Михаил меня понимает. Словно между мной и всем миром было невидимое стекло, и оно неожиданно исчезло, чтобы Михаил как можно крепче меня обнял, заслонил от всех напастей и утешил.
Перед глазами возник Макс, но я попыталась отогнать его образ. Я не хотела думать о Максе, я думала о Михаиле.
Сейчас я была похожа на утопающего, хватающегося за соломинку. Я искала спасения, и мне показалось, что я его обрела… Не хотелось вспоминать, как совсем недавно я была счастлива.