— Прекрасны, — целует мне руку Даниил, когда освобождает меня из пальто.
— И вы, — оглядываю Быстрицкого, который вместо костюма, так как это было бы смешно за ужином дома, нарядился в серые брюки и черную рубашку. На ногах туфли. Смотрится все дорого, элегантно. Даниил знает цену вещам и умеет одеваться.
— Хочу познакомиться с вами поближе, — признается Быстрицкий, когда мы идем в гостиную. — Я покажу вам дом, пока накрывают на стол. Вина?
На столике у большого углового дивана цвета кофе с молоком выставлены напитки.
С бокалом иду осматривать дом, который когда-то сама и обставляла. Я рада, что здесь почти ничего не изменилось. По крайней мере все, что я вижу, сохранилось в целости и сохранности, разве что пострадала наша спальня с Даниилом.
— А здесь сплю я, — соблазнительно улыбаясь, Даниил открывает дверь в бывшую нашу комнату.
Стараюсь не морщиться, чтобы не показать Быстрицкому, как мне не нравится. Бордовые обои, по краю потолка идет широкий золотого цвета плинтус.
— Нравится? — подходит Даниил ко мне и встает за спиной.
Я чувствую его дыхание, его близость. Дотронуться до меня он пока не смеет, но мастерски соблазняет. Однако стоит слишком близко, нарушая мое личное пространство. Это нервирует, что я маскирую интересом к интерьеру и вину в своем бокале.
— Не нравится, — улыбаясь, сообщаю Даниилу, отчего он на какое-то время дезориентирован, но быстро берет себя в руки.
— Отчего же? — хитро прищуривается он.
— Я бы назвала эту комнату не спальня, а траходром, — гляжу вызывающе в глаза Быстрицкого, чтобы видеть его реакцию.
Как я и ожидала, там нет раздражения, наоборот, его заводит моя прямота.
— Вы думаете, что тут нужно все переделать? — спрашивает Даниил.
— Ну что вы, если вам нравится… Это же ваш дом.
— А если бы вы стали здесь хозяйкой? — закидывает приманку Даниил.
Господи, какие дешевые подкаты! Почему я раньше велась на это? Неужели мы, женщины, готовы слушать вот такие сладкие обещания из уст красивого мужчины вечно, даже не подозревая его подлости.