Особенно за такие «кабанячьи», как любил говорить Москвитин, деньги.
Первый рабочий день
Приятно работать в многомиллиардных корпорациях. В них всё отлажено до автоматизма. Я только вчера устроилась, а сегодня у меня был электронный ключ с допусками. Список помещений с картой, куда я могу заходить. Стопка документов для визирования.
А ещё полное выполнение райдера. Отдельный кабинет с диваном, креслом-грушей, микроволновкой, чайником. Два вида обогревателей и три источника света. Кресло указанной модели и производителя.
А ещё мне выдали новенький корпоративный телефон. На котором было всего два контакта. От секретаря Луизы в мессенджере висели сообщения: «Добро пожаловать в компанию! Буду рада помочь по любому вопросу. На столе документы для отдела кадров и службы безопасности. Прошу подписать до обеда».
От Барсова только одно. «Здравствуйте, Ульяна. Будьте готовы знакомиться с сотрудниками в 11 часов».
Люди неоднозначны. По ним сложно задавать вопросы. А интерпретировать ответы ещё сложнее. Вот, например, хочет собственник узнать, будет ли у него работать генеральный директор одного из предприятий через год. Именно так задаёт вопрос. Получает отрицательный ответ.
А после этого меняет отношение к сотруднику. Позволяет себе колкие замечания. Подозревает в лояльности конкурентам и поиске работы. В конце концов доводит сотрудника до нервного срыва и тот увольняется, не отработав и трёх месяцев.
Откуда я это знаю? У меня был договор с очень подозрительным человеком. Во время моей работы у него я консультировала только людей. Текучка на производстве выросла. Хорошо, что через год я уволилась. А то бы он растерял весь коллектив.
Ровно в 10:45 я пришла в приёмную к Луизе. Она отвела меня в переговорную. Очень удобно, что мой кабинет находится на одном этаже и с Барсовым, и с комнатами для совещаний.
Я уселась в офисное кресло и приготовилась изображать коуча. В договоре моя должность называется именно так. Мало кто понимает что это такое. Звучит загадочно. Воспринимается, как прихоть собственника.