Пока Лева сидел тут, выстраивал свои предположения, подгонял кирпичики, убийца…
— Лева? Алло! — Гуров взял трубку. — Должен тебя огорчить, звонили из автомата.
— Спасибо, Юрий Федорович, извините за беспокойство.
— Брось ты свои «извините», «пожалуйста». Что-нибудь не так? — встревожился дежурный. — Понимаешь, спросили не тебя, а отдел Турилина, я уже знал, что ты на месте.
— Хорошо, хорошо. Спасибо, Юрий Федорович. — Гуров положил обе трубки на место.
Убийца забеспокоился. Появление на конюшне молодого писателя взволновало его.
Лева взял полученные в картотеке бланки с результатами проверки. «Не значится». «Не проходит». «На учете не состоит». Никто из тренотделения не подходит. Нина тоже, даже теоретически, не подходит. Вот здорово, Лева облегченно вздохнул и рассмеялся. Будем дарить цветы, угощать шашлыками, ездить на такси. Опять у отца занимать? Только расплатился, вновь долги.
Отец Левы — генерал-лейтенант, мама — доктор наук, семья жила очень обеспеченно. Его восемьдесят рублей, которые он отдавал домой ежемесячно, как говорится, в семейном бюджете погоды не делали. Когда он учился, стипендию ему позволяли оставлять на карманные расходы, начал работать — будьте любезны, мужик обязан деньги в дом приносить. Все считали такой порядок правильным. Нужно тебе? Возьми. Заработаешь, положишь на место. Дисциплина. Отец, вечно всем одалживающий, забывал, кто ему сколько должен, но копеечные долги сына он помнил отлично.
Лева уложил бланки проверок в дело. Турилин говорил, что необходимо открыться кому-то из профессионалов конного дела, получать квалифицированные консультации. Он уже представлял, как вместе с Ниной ведет расследование, находит и изобличает убийцу. Лева повеселел, однако ненадолго, мысли вновь вернулись к телефонному звонку. Какую дополнительную информацию получил преступник? Фамилия — Гуров.
"Что нового узнал он, Лева Гуров? Убийца видел его либо узнал о нем — следовательно, очень близок к конюшне.