Учитель математики, господин Фейсар, поучал ее: если не знаешь, что делать, не делай ничего. Замри, пока не найдешь решения задачи. Не надо плодить ошибки.
И теперь Эльза не знала – рассердился ли господин Γё или просто удивился.
– Спущусь через пятнадцать минут, – сказал он и хлопнул перед носом Эльзы дверью. Она перевела дух и опрометью бросилась на кухню.
Перемены в жизни были слишком стремительными, чтобы Эльза могла как следует их обдумать. Она была рада покинуть приют, но что ждет ее теперь? Господин Гё казался слишком старым, чтобы делать с Эльзой всякие мерзкие вещи, но приютский священник тоже был старым.
Мадам Дюваль оберегала непорочность своих подопечных. В здание, где жили девочки, запрещено было входить не только приютским мальчишкам, но и воспитателям-мужчинам, однако в прошлом году у пятнадцатилетней Αгаты вдруг принялся стремительно расти живот. Ее быстро увезли из приюта, а мадам Дюваль собрала всех девочек в столовой и сделала им строгое внушение. Вы не должны позволять себя трогать, сказала она, а если кто-то посмеет это делать без вашего согласия, немедленно сообщите мне.
Тогда тихоня Клара неожиданно для всех подняла руку и прерывающимся от ужаса голосом сообщила, что отец Картер трогал ее грудки.
Мадам Дюваль назвала ее лгуньей и назначила десять ударов розгами.
Многие девочки могли подтвердить слова Клары, но розги есть розги, и все молчали.
Так Эльза поняла, что взрослые говорят одно, а делают совсем другое.
Пока она слишком мало знала о господине Гё, чтобы решить – к добру или худу приведет ее новая жизнь.
Эльза была не из тех, кто попадает в неприятности благодаря своей глупости, но иногда неприятности нападали на нее сами по себе.
Господин Гё появился ровно через пятнадцать минут – Эльза следила по огромным напольным часам. Она быстро поставила перед ним сияющую чистотой тарелку и налила из фаянсового супника похлебку.
Господин Гё посмотрел на это со странңым выражением лица, но взял ложку и начал есть.
Эльза стояла чуть позади и сбоку, не спуская с него внимательного взгляда, готовая выполнить любое поручение.
Но он не произнес ни слова. Съев все до капли и не притронувшись к напиткам, господин Гё поднялся и направился к выходу.