Наверное, ты его любишь, раз из напитков у тебя на кухне только он и есть.
Игнат кивнул, сел за стол, глотнул из кружки.
— Мама дорогая, — не смог он удержаться от возгласа. — А что ты туда такого вкусного добавила? Как будто пью кофейный торт!
— Секрет! — Даша подмигнула ему и снова отвернулась к кастрюле.
— Что ты делаешь? — приподнял бровь Игнат.
— Хычины, любишь?
— Конечно, обязательно! — усмехнулся он. — Как только узнаю, что это, обязуюсь полюбить!
Даша немного смутилась, потом улыбнулась и объяснила:
— Это такие плоские жареные пирожки.
— Не против, — кисло улыбнулся он.
Что еще он мог ей сказать? Теперь, по крайней мере какое-то время, так и будет. Она еще не раз попросит у него денег, и он их для нее где-нибудь заработает. Придется пока оставить ее жить у себя, не выставлять же на улицу.
Дарья начала раскатывать тесто на тоненькие пласты, потом стала сноровисто выкладывать начинку. Действовала уверенно.
— Ты не волнуйся, — проговорила она, не отвлекаясь от работы. — Я не навечно у тебя поселилась. Мне просто нужно какое-то время переждать. Я читала, что аборты не делают, если срок больше трех месяцев. Подожду еще месячишко, и можно будет сообщить родителям, почему ушла. Когда они попривыкнут к новости, я, наверное, смогу вернуться.
Слушая сбивчивую речь девушки, Игнат всё больше хмурился.
«Чееерт, ей же надо как-то рассказать про встречу с ее папашей.
— Я оставила им письмо, но они, наверное, всё равно меня ищут.
— Даш, а тебя случайно не удочерили? — вырвалось у него.
Девушка глянула на него настороженно, кивнула.
— Ааа, — протянул он с некоторой долей облегчения.
— Почему ты спросил?
— Да так…
Девушка таким отсутствием ответа как будто удовлетворилась и продолжила возиться с хычинами.
Получив небольшую передышку, Игнат стал соображать, как бы помягче преподнести ей новость. В голове вертелось множество вариантов:
«Милая, придется тебе у меня подзадержаться».
«Дорогая, твои родители — полные придурки».