— Ага, как же! Вот так у всех сразу выходной, — помотал головой Браг. — Конечно, у них вообще тут дежурства сутки-двое.
В общем, по какой-то причине бойцы продолжили нервничать и с каждым пройденным километром нервничали только сильнее.
Совсем скоро мы спустились в каньон и спокойно покатили по извилистой узкой дорожке, прямо между двух отвесных каменных стен.
Сто метров, двести, триста… Мы спокойно плелись вперед, а я насвистывал незамысловатую мелодию. Первая снайперская точка должна была располагаться где-то в пятидесяти метрах от входа в каньон, вторая в семидесяти пяти, и третья, соответственно, еще метров через двадцать.
— А может сегодня день рождения у кого-то? — предположил Игорь и остальные удивленно посмотрели на него, — Ну просто я не вижу других причин, чтобы все разом действительно взяли выходной.
* * *Прапорщик спокойно сидел за своим рабочим столом и потягивал крепкий османский чай из стеклянного стаканчика.
На сегодня больше никаких операций не запланировано, но склад всё равно подготовлен к любым непредвиденным обстоятельствам. Если вдруг начнется вражеская атака, оружие будет выдано в кратчайшие сроки и бойцы без лишних задержек смогут дать противнику достойный отпор.
— О, ты тут? — в комнату зашел Собутыльев и плюхнулся в кресло, что стояло в углу комнаты.
— И не говори, — согласился с ним прапор. — Правда, я сегодня еще не выходил из здания склада, но поверю тебе на слово.
Некоторое время они сидели молча, но в какой-то момент начальник части вдруг вспомнил, зачем пришел.
— А, кстати! — хлопнул он себя по лбу. — Ты как, выдал Первому всё необходимое? А то я совсем забыл уточнить, что он идет на крайне важное задание и экономить на нем нельзя.
— Так я никогда не экономлю, — пожал плечами прапор.
— Ага, конечно, — хохотнул Собутыльев. — Все про твою рациональность знают. И про то, что ты за время службы ни разу не отправлял технику на утилизацию.
— Как это не отправлял? Просто делегировал эту задачу противнику, — пожал плечами прапор и подлил себе еще немного чая."
"— Надеюсь, в этот раз не делегировал? — Собутыльев снова вспомнил, зачем пришел, и его голос стал серьезным.