Потому министерство сельского хозяйство забило тревогу и бросило клич по всем воинским частям с просьбой о помощи в сборе урожая.
Я расспросил Лежакова поподробнее и поинтересовался, почему же посадить картошку руки нашлись, а собрать уже не могут, ведь это выглядело для меня, как бред. Но всё оказалось предельно просто. Не так давно произошло несколько локальных стычек с японцами и по их завершению несколько крупных деревень на южном побережье Сахалина были эвакуированы.
Их дома сейчас разрушены и возвращаться попросту некуда, да и сборочная техника вся уничтожена, вот они и не могут справиться с картошкой.
Можно было бы попробовать собрать своими силами вручную, вот только возникла еще одна проблема. Этих самых рабочих рук теперь стало еще меньше. И не потому, что их поубивали японцы, нет… Просто люди там оказались крайне обидчивыми и многие записались в армию.
И будто бы назло, плюсом ко всему добавилась еще одна проблема. Собрать урожай надо как можно быстрее, ведь по прогнозам синоптиков на Сахалин надвигается мощный шторм.
"Вряд ли это вызовет голод, конечно, но ущерб для Империи будет значительный. Придется завозить на остров больше продуктов, а сделать это не так уж и дешево. И если для Империи это просто проблема, то для местных жителей подобное может обернуться катастрофой в экономическом плане.
— Это не госзаказ, — сразу предупредил меня генерал. — А что-то из разряда… Гм… Ну, помощь армии народу, причем исключительно добровольная.
— Ну так армия и должна помогать народу, — пожал я плечами. Так что задание действительно важное, и очень странно, что до сих пор никто не отправился туда.
Лежаков также продемонстрировал мне список деревень, в которых особенно требуется помощь.
— Беру! — кивнул я, тогда как генерал чуть было не поперхнулся. И взял я это задание не потому, что там будет весело и интересно. Есть аж несколько причин сразу, например, помогать людям, и правда, нужно, если они попали в беду. А еще — я не могу позволить этой картошке сгнить в земле. Пюрешка из нее получается отменная, я попросту не прощу себе, если откажусь спасти картошку.