— Ты даже не представляешь, насколько!
— Ну вот видишь, Катюха, там будет весело! — обрадовался я. — Так что не бойся! Познакомишься с Императором заодно, для твоего Рода будет полезно!
— Да мне-то чего бояться? — усмехнулась она. — После того, как мы сообщили отцу, что я беременна от тебя, я уже на любое веселье согласна!
— Дружище, ты чего? — я обеспокоенно посмотрел на резко побледневшего графа. — Мы еще Кардиналова не вылечили, а ты уже заикаться собрался? Не шути так.
— З-з-з-наешь? Во-во-возьму ка-ка я отпуск, — с большим трудом выговорил он.
— Опа! — я хлопнул в ладоши и ловко выудил из внутреннего кармана стопку увольнительных листков. — Отпуск — это ко мне! И какой хочешь? Есть по пятьдесят, семьдесят… и даже сто двадцать! Выбирай любой!
Глава 10
Художник около двух часов стоял при входе в учебный центр и успел выкурить за это время всю пачку сигарет. А когда они закончились, он просто продолжил стоять, не решаясь зайти в эти страшные двери.
Хотя остальные ходили совершенно спокойно туда-сюда.
Время шло, и в какой-то момент Художнику всё же пришлось решиться и зайти внутрь. Он сухо поздоровался с дежурными бойцами при входе, затем поднялся на второй этаж и, постучавшись, заглянул в учебную комнату.
Сама комната представляла из себя просторный зал с огромным количеством оборудования внутри.
— Почему меня вызвали на переаттестацию? — нахмурился Художник. Лучшая защита — это нападение, поэтому он решил сразу начать возмущаться.
Этот план родился у него в голове где-то на четырнадцатой подряд сигарете и показался ему вполне рабочим. Ведь если так подумать, то за капсулами следит командование.
— Ну, у тебя проставлено в графике, — пожал плечами оператор и показал записи, где красовался позывной пилота. — Так что ничего не знаю, лезь в капсулу, — указал он на устройство, уже два часа как подготовленное к работе.