— А я ещё хотел остановить Булатова! — хохотал Император. — Но теперь не буду! Вы это заслужили!
* * *Сижу на капитанском мостике с лицом победителя. Пол подо мной сотрясается от мощных выстрелов, снаряды проламывают защиту, бойцы готовятся к вылазке. А я сижу и не могу поднять руку.
Рядом стоит слуга с зонтиком, другой подает мне стакан с коктейлем. В общем, сижу и получаю удовольствие. Как минимум от того, что толпы солдат бегут не ко мне, а к Черномору. А он сам за всех думает, тогда как я могу расслабиться и получать исключительно удовольствие.
— Три корабля заходят справа! — послышался крик матроса.
Я бы сейчас приказал активировать артефактную защиту, поднять голубей и взять как можно больше врагов в плен. Корабли, по возможности, сохранить в первозданном виде и потом отогнать в наш порт, пленных продать или заставить отрабатывать военные издержки. Интересно, а как поступит Черномор? Скорее всего, попытается решить всё максимально бескровным и экономным путем. Но почему мне так не нравится улыбка на лице Черномора?
Командующий поднес руку к уху, нажал на кнопку передатчика, улыбнулся еще шире.
— Действуйте! — пробасил он, и спустя секунду рифовая полоса метнулась в сторону вражеских кораблей, а после вырвалась из вод, пронзив эти корабли и разорвав на части.
Ладно, корабли мы не получим. Но так можно хотя бы вынести вооружение и запасы снарядов.
— ОГОНЬ! — прорычал Черномор, и все стволы пушек разом направились в сторону растерзанных кораллами кораблей.
Да уж… Черномор шутить не будет, и в игры играть не любит.
Ладно, зато вон как забавно складывается дворец правителя этой страны. А ведь какой он был большой и мощный. Массивный, прочный с виду, и даже где-то артефактную защиту нашли. Зато как красиво разлетаются в стороны эти массивные камни. Этот дворец рушится так же громко и красиво, как надежды Императора договориться мирным путем.
Рядом приземлился Курлык с камерой. От его взъерошенных перьев валил дым, а сам он ошалевшим взглядом смотрел то на меня, то на Черномора.
— Урурур Уруру? — возмущенно проурчал пернатый. Впрочем, его возмущение можно понять.