Игра без правил

, да мало ли где я не был! Слухом земля полнится. Не друг с друга же они там бабки стригут.

– А ты, значит, вращаешься в кругах, – сказал Борис, для наглядности покрутив пальцем под потолком салона.

– Именно, – подтвердил Андрей. – И нечего на меня коситься, как солдат на вошь. Это моя работа, между прочим.

– Ладно, ладно, работник, не пузырись, – примирительно сказал Комбат. – Только братоубийственной войны нам тут не хватало. Слушай, – сказал вдруг он другим голосом, – почему же так спать-то хочется, а?

– А ты бы еще пару недель не поспал, – проворчал Андрей, – и второй половине города морды набил, тогда, может, и расхотелось бы.

И когда ты только угомонишься?

– Вот привязался, – рассмеялся Борис, – хуже замполита, честное слово. Вылитый начальник политотдела. Что, уже приехали?

Андрей припарковал машину, не доезжая до гостиницы.

– Приехали, – сказал он. – Вон тот дом, видишь?"

"Вход со двора. Там вывеска. ФОК ""Олимпия"", сам увидишь. Что сказать, помнишь?

– Угу, – сказал Комбат. – Я табличку повешу: ""Я от Ивана Никодимовича"".

– Посмейся, посмейся, – сказал Андрей. – А то пошли бы вместе. Что за дурацкая конспирация?

– Ничего не дурацкая, – отрезал Комбат. – И не вздумай ко мне приближаться. Даже показывать не смей, что ты меня знаешь, что бы там ни случилось.

Особенно если что-нибудь случится.

– Ну, – со вздохом сказал Андрей, – насколько я понимаю, что-нибудь там сегодня случится непременно.

– Так а за что же мы тогда платим? – спросил Комбат. – Конечно, случится. И ты не вздыхай, пожалуйста, и не смотри на меня, как недоеная корова.

Даже если из меня там начнут фарш делать, твое дело – все увидеть, все запомнить и уйти оттуда в целости и сохранности. А дальше – как знаешь. Можешь в милицию свою звонить, если так уж хочется. Но это я так, на всякий случай. Все будет в норме. Веришь?

– Хотелось бы, – пожал плечами Андрей, подавляя нервную дрожь.

Спокойствие, с которым Борис отдавал распоряжения на случай своей смерти, вгоняло Андрея в столбняк.

Такие вещи можно сколько угодно обсуждать на теплой кухне, чувствуя себя при этом героем, но вот так, в двух шагах от настоящей, невыдуманной смерти…

– Не дрейфь, Андрюха, – сказал Борис, опуская ему на плечо огромную ладонь и легонько сжимая.

– Было бы кого бояться! Кучка недоносков, сопляки мокрозадые…

– Да не за себя я боюсь, дурак! – выкрикнул Андрей, стряхивая ладонь со своего плеча.

– А я знаю, что не за себя, – спокойно ответил Комбат. – Потому и говорю, что бояться нечего.