– Небрежно махнув рукой, она, казалось, вновь вернула себе былую беззаботность. – Это доброкачественная опухоль. Совсем небольшая. Но мой врач сказал, что ее все же лучше удалить.
Облегчённо вздохнув, Рикардо устало стер невидимые крупицы пота со своего лба.
– Значит, все не так уж плохо. – Слабо приподняв края губ, констатировал он. – Благодари бога за это.
Глаза Оливии вмиг расширились.
– Не так уж плохо?! – Не веря собственным ушам, ошеломленно повторила она. – Рик, мне хотят сделать дыру в груди, а ты говоришь, что я ещё должна кого-то там благодарить?! Ты представляешь, что это значит? Это будет шрам! Мерзкий, уродливый шрам, подаренный мне на тридцатилетие!
Широкоплечий мужчина молчаливо улыбнулся.
Отдышавшись после своей буйной тирады, Оливия кое-как взяла себя в руки, решив пересесть с кресла на диван. Возможно, в непосредственной близости до Рикардо быстрее дойдет вся сложность случившейся ситуации.
– Ты сделал мне идеальную грудь. Многие до сих пор гадают: настоящая она или нет? Но как бы там ни было, ею восхищаются. И я не хочу, чтобы ее уродовал какой-то криворукий хирург-новичок.
Сделав глубокий вдох, Рикардо скрестил руки на груди.
Кажется, он наконец-то начинал понимать, к чему именно она клонит.
– Что ты хочешь конкретно от меня? – Прямо спросил он.
Поспешно встав на ноги, Оливия взяла с комода свою дамскую сумочку, быстро достав из нее какой-то небольшой буклет.
– Я хочу, чтобы ты вспомнил вот это. – Бросив цветную брошюру на свободное место дивана, требовательно произнесла она.
Безмолвно посмотрев на рекламный проспект, с изображением своей частной хирургической клиники в Майами, Моретти недоверчиво покачал головой.
– Я хочу, чтобы ты вырезал эту хрень из меня без видимых шрамов! – Меж тем бойко продолжала Хант. – Я доверяю только твоим «золотым» рукам. Рик, у тебя талант. Настоящий талант… А ты променял его на какие-то там документики и прочие занудные разговоры.
"Напряженно ожидая ответа, Оливия начала раздраженно ходить взад-вперед, словно не могла больше стоять на одном месте.
Взяв буклет, Рикардо безмолвно покрутил его в руках, с легкой грустью вспоминая былые годы пластического хирурга. Даже тогда, находясь в ссоре с отцом, он знал, что своей клиникой обязан лишь вкладу Туллио Моретти, который, не смотря на упорство сына, все же помог ему с открытием его собственного дела.