Мой дублет расположился на полу рядом с тумбочкой. Там же лежал один из чулок девушки. Второй — висел на спинке нашей кровати. Корсет, пояс, трусики, портянки, моя нательная рубаха и прочие тряпки — всё это было разбросано по полу. Да уж, знатно мы вчера вечером оторвались."
"Я повернулся и посмотрел на Айлин. Девушка всё ещё спала, повернувшись набок. Её каштаново-рыжие волнистые волосы расплескались по белой ткани подушки. От моих ворочаний тяжёлое, набитое овечьей шерстью одеяло слегка сползло, обнажив плечо и гладкую кожу груди.
Я невольно улыбнулся. Коснулся её плеча и осторожно погладил тёплую, мягкую кожу. Затем взял край одеяла и подтянул его под самый подбородок девушки. Она тут же укуталась и тоже заулыбалась сквозь сон. Я подался чуть вперёд и наклонился к ней, собираясь поцеловать её в лоб. Но в следующий миг девушка сама открыла глаза. Из-под одеяла вырвалась её рука, обхватила меня за шею и притянула к себе.
— А то в лоб, это как-то несерьёзно, — улыбнулась она, чуть отстранившись. Зевнула, прикрыв рот ладонью, бросила короткий взгляд на окно, затем снова перевела его на меня и спросила, — Что, уже утро?
— Вроде того, — кивнул я, выбираясь из-под одеяла и взглядом ища свои нательные портки, — Но ты можешь ещё поспать, если хочешь. Мы сегодня никуда не торопимся.
Айлин откинулась на подушки, и поначалу было уставилась в потолок, но потом перевела взгляд на меня.
— А может…
— Ни в коем случае! — взмолился я, — Дай передохнуть хотя бы до вечера. Так ведь и до могилы можно человека заездить.
— Ну ладно уж, — девушка потянулась, зевнула и снова натянула одеяло под подбородок, — Тогда какие у нас планы на день. Позавтракаем и…
— Позавтракаем чуть позже, — покачал головой я, натягивая портки, — Сначала мне нужно закончить одно важное дело.
Девушка тут же помрачнела и уставилась куда-то в стену. В воздухе разлилось напряжённое молчание.
— Не передумал? — наконец спросила она.
— Нет, — я накинул нательную рубаху и на мгновение замер, пытаясь понять, что нацепить следующим: гамбезон или дублет. Стёганка была тяжеловата для обычного дня, но всё-таки запачкать парадно-выходной костюм кровью дезертира мне не хотелось.