А лучше — перенять у него эту науку по мере возможности. Кто знает, как в будущем нас раскидает судьба."
"— Рог, — скомандовал я, тронув поводья своего коня. В следующую секунду гомон толпы утонул в тяжелом, заунывном вое, прокатившимся над площадью. Не таким громким, как обычно. Тур отказался участвовать в представлении даже в своей обычной роли, поэтому её на себя взял Ольрих. Но даже этого хватило, чтобы заставить толпу замолчать и повернуться в нашу сторону.
Мы с Айлин и Бернардом въехали на главную площадь. За нами, чеканя шаг, маршировали три десятка бойцов.
С моих губ не сходила хищная ухмылка. Оно и неудивительно. Видок у нас был ещё тот. Слегка потрёпанные, с ног до головы увешанные железом и перемазанные в чужой крови, которая успела засохнуть и схватиться тёмными пятнами на одежде.
Губернатор завидев нас замолчал и начал резко бледнеть. Начали подгибаться колени. Пальцы судорожно вцепились в ворот кафтана, словно бы тот превратился в петлю, обвившую шею толстяка. Подбородок нервно задрожал. Вместе с ним затряслись и одутловатые щёки. Он оглянулся ища поддержки у тех, кто ещё секунду назад стоял на помосте за его спиной с оружием наготове. И не увидел их. Завидев нас, кметы попятились, спрыгнули вниз и скрылись в толпе.
— В-в-в-от они… — Губернатор ткнул в нашу сторону пальцем и хотел было что-то сказать, но вместо этого выдавил из своей глотки лишь невнятный, сдавленный хрип. От страха он забыл все слова.
Окруженные тяжелой, напряженной тишиной, мы подъехали к помосту. Те парни, которые не тащили мешки с головами, тут же принялись выстраиваться у его основания, формируя оцепление, отделявшее нас от толпы.
Вскарабкавшись на досчатый настил, я неторопливой, немного вальяжной походкой подошёл к трясущемуся губернатору. Замер на несколько мгновений, пристально глядя ему в глаза. Там, так же как и у кметов внизу, плескался первобытный ужас. Я мрачно ухмыльнулся и ободряюще хлопнул ублюдка по плечу. Тот вздрогнул, подавившись собственным криком.