Нужно было промочить горло и немного собраться с мыслями. С лёгкой частью разговора было покончено. Бытовые вопросы решены, указания розданы. Теперь предстояло перейти к самому неприятному.
— Дезертир, — бросил я. Над столом повисла тяжёлая тишина. Все взгляды обратились в мою сторону, — В последнем бою один из наших солдат струсил и попытался бежать с поля боя. Своей трусостью он чуть было не обвалил весь строй. Пока что я слушаю ваши предложения. Что будем с ним делать?
Воцарилось напряженное молчание. Никто не решался взять первое слово.
— Тут вариантов быть не может. Казнить. На глазах у всех, — отрезал Бернард.
— Не слишком ли это круто? — прогудел Тур, — У парня был всего второй бой. Да и противник такой, что я сам чуть было в портки не наложил, когда его увидел. Как по мне, так ежели он на поле боя не годится, то пусть идёт ко мне в подмастерья. Или к Алфриду. Всё больше пользы будет, чем от трупа.
— Мне… ик… не помешал бы подмастерье, — пробубнил себе под нос кузнец.
— Ага, чтобы ты смог ещё больше пить и меньше работать, — не удержался от подколки Роберт.
Алфрид хотел было огрызнуться в ответ, но я в этот момент снова размахнулся и со всей силы грохнул кулаком по столу.
— Тишина на собрании! — рявкнул я, — Мы тут не ваши остроты собрались слушать, а мнение о судьбе дезертира. Трое высказались. Остальные что думают?
— Перевести его в подмастерья слишком мягко, — сказала Айлин, — Это даже не наказание, а форма поощрения.
— Я согласен, — кивнул Роберт, — Выгнать его, да и дело с концом. А на его место подыскать кого-нибудь более толкового.
— Вернон? — я посмотрел на лекаря. Тот бросил короткий взгляд на меня. Затем задумчиво почесал трёхдневную щетину.
— Я воздержусь, — наконец выдал он, — Я тут чтобы лечить людей, а не решать их судьбы.
— Я тоже, — кивнул Родрик, — Я человек не военный, поэтому положусь на мнение более опытных товарищей. Хотя выгнать, мне кажется, более здравой идеей, чем оставить в качестве подмастерья.
На мгновение мне показалось, что дискуссия окончена и пришло время принимать решение, но тут со своего места вновь поднялся Бернард. Упёрся кулаками в крышку стола и обвёл собравшихся тяжёлым взглядом.