-- Единение двух разделенных при создании душ."
"-- Волей Его подтверждается заключенный на Небесах союз. Разрозненные книги Жизни объединяются в одну. Получено право на продолжение рода.
-- Активация дара Его: разблокировка Высшего Служебного Аватара.
-- Плодитесь и размножайтесь, любимые дети Мои…
Крохотная фигурка феечки окуталась слепящим сиянием. Я не видел рун разворачивающегося конструкта, лишь ощущал, как давит на ауру воля Его. Желание Творца, заложенное в метрику мира Древа в момент его создания. Феечки - любимые дети Его, и стражи - верные Воины Древа.
Сияние на мгновение скрыло фею, но только лишь для того чтобы, опасть песчаным облаком из тысяч фиолетовых бриллиантов.
Ослепленный блеском я на секунду прикрыл глаза. А когда вновь распахнул их, то рядом со светлым престолом стояла прекрасная четырехкрылая архангельша. Со смутно знакомыми чертами нашей крошки-феи…
Крылья влюбленных были переплетены, а от источаемой ими любви в Друмире неожиданно наступила самая плодородная за тысячелетие весна…
-- Хлоп-хлоп-хлоп… - и снова Тавор.
Уверовавший в свою неприкосновенность Тавор смачно плюнул в святящееся от счастье лицо феи, которая мало что замечала вокруг.
Темный едва успел подставить крыло, прикрывая беззащитных влюбленных. Ядовитая слюна поползла по отливающим синевой перьям. Жижа бурлила и меняла свойства, торопясь нанести максимальное оскорбление.
Нестираемость, зловонность, плавающие по поверхности руны запретных ругательств гномов-изгнанников. Тех самых, что нельзя произносить вслух. За которыми лишь два пути - бесчестье, или смерть наглеца.
Демон потемнел лицом. Настолько, что едва украсившуюся цветами весну, затянула глубокая ночь. Скривившись, он покосился куда-то на небеса. Шепнул беззвучное извинение, затем сделал неуклюжий шаг в сторону, оступился, неловко взмахнул крылом. И…
… срезанная голова Тавора покатилась по пещере.
-- Ой, простите мне мою неуклюжесть… - без тени извинений произнес демон. - Кажется, я лишил вас личной мести… Боюсь, неудовольствие Творца может лишить меня маховых крыльев. А впрочем…
Всмотревшись в лежащее на полу обезглавленное тело, он слегка повеселел:
-- … впрочем, все не так однозначно… К сожалению, мы вынуждены откланяться и покинуть охраняемый мир. Каждое мгновение нашего пребывания невольно меняет его судьбу.