-- Можно… - бросаю я в общий чат группы, пропуская мимо себя микро-жрицу и ее преданных паладинов.
Уверенные в себе, набафленные под самые брови - пусть и не божественной дланью, а силами клана.
Драка должна быть реальной. С душевным надрывом и кричащими от боли истекающими кровью напарниками, а не читовой прогулкой под надежной крышей боевого бога.
Мои благословения чисто утилитарные - позволяют свободно находится в космосе, да слегка расширяют грани возможного. Плюс, секретный якорь последнего шанса.
С гигиканьем пацанва бросается в бой.
Засверкали росчерки боевой магии. По астралу поплыл запах любимого мной заварного крема. Видимо так подсознание отреагировало на применение родственной мне силы - большинство заклинаний паладинов использует силу веры Справедливости. С легким ванильным ароматом ее боевой специализации.
И тут же, почти мгновенно, гаснет маркер Алекса - темного менталиста.
Хм, я был о нем лучшего мнения.
И гляди-ка, нарвался все же…
На убившую парня семихвостую тварь, которую Система не очень уверенно промаркировала восьмисотым уровнем, тут же насели танк и шаман группы. А вот кое-кому, похоже, придется губы мылом намазать… Вряд ли злобные ругательства являются частью речитатива воскрешения, которым взмолилась к моим силам сердобольная Аленка.
Одобряю расход веры и чуть ли не впервые наблюдаю, как работает связка бога и первожрицы. Понижающие коэффициенты творения чудес - потрясающие!
Восхищенно качаю головой, воровато оглядываюсь и вкладываю в ауру девушки еще одну закладку. Выживи малышка! Даже если я сдохну - выживи!
Резервов энергии у меня сейчас гораздо меньше, чем днем ранее. Честно украденный у Стоединого накопитель на триллион совушек я разместил в сердце пересаженного на блатную ветвь Друмира, возвращая крохотной цифровой вселенной свой долг - магию и бессмертие.
"А заодно, снижая собственную ценность как боевой единицы почти на порядок. Чтобы когда Всемирное Равновесие будет взвешивать стоимость наезда на меня Хаоса - оно бы офигело от дисбаланса весовых категорий. Творец аж урчал от удовольствия и предвкушающе потирал руки.