Не думала, что ты так быстро поглупеешь.
— Стала колючкой, — продолжает улыбаться Рустам.
— Не понимаю, чему ты так радуешься? Проблемам?! Ты же знаешь, что мой папа создаст тебе море проблем!
— Может быть, то, что я получу, стоит того, что я заплачу? — спрашивает, глядя прямо в глаза.
— Ни я, ни мой ребёнок — это не вещи.
— Но ты собиралась избавить от него, как от ненужной вещи. От МОЕГО ребёнка!
Горячая ладонь Рустама накрывает мой живот и держится там, как приклеенная. Не оторвать!
Я закрываю глаза, стараясь игнорировать предательский жар, скользящий по телу.
— Прекрати… — говорю с дрожью в голосе. — Ты не имеешь права меня касаться.
— После того как не стал открыто нарываться на пулю твоего папаши?
— После всего, что ты сделал.
Я с громадным усилием отодвигаю его от себя. Заглядываю глубоко в глаза, пытаясь понять этого мужчину.
— Я не хочу. Ничего не хочу. Мне было обидно, больно и горько. После насилия и после твоего потребительского отношения. Больше всего на свете я хочу умыться.
— Ты чистая, Ангелочек. Ты сияешь.
— Умыться так, чтобы забыть всё, что ты со мной делал! — говорю, глядя ему в глаза. — И ты не получишь моего ребёнка. Не мечтай!"
"Кажется, на лице Анварова промелькнуло сожаление. Но потом он перекрыл это выражение другим — отстранённым и холодным.
— Получу. А если ты хочешь сохранить ему жизнь, то не станешь препятствовать этому. Мы можем договориться, Анжела.
— Ха! Договориться с тобой? Ты забываешь о…
— О твоём отце? Сейчас речь идёт только о нас. О тебе и обо мне. Ты договариваешься со мной, Анжела. А я решаю твои проблемы.
— Находя себе сотню новых взамен?
— Это не твоя забота. Итак. Факты. Ты не хочешь делать аборт. Ты не хочешь выходить замуж за Черкашина.
— Замуж за Черкашина? Ты слишком сильно торопишь события! Отец только познакомил меня с ним!
Я упрямо стою на своём.
Злюсь. Откуда Рустаму известно так много? Неужели у него есть свои шпионы в доме отца? Подкупил кого-то из прислуги, чтобы ему доносили обо всём, что происходит в доме?
Откуда Анваров знает о Черкашине? Мне не нравится этот мужчина, я считаю его почти стариком!
Мысль, что придётся иметь дело с Черкашиным, меня не радует.