Прощание с родными вышло скомканным и странно неловким. Наверное, причина в том, что рядом со мной всё время находился Герв. Я заверила папу, что приеду при первой же возможности, просила его беречь своё здоровье и меньше нервничать. Он только вздыхал и несколько раз сказал, что меня всегда будет ждать дома. Брат и вовсе неловко улыбался, но зато пообещал навестить меня в ближайшие недели.
А вот когда мы уже собирались садиться в машину, к нам подошла Верита.
– Твоё предложение ещё в силе? – спросила она Гервина.
– Конечно, – поспешил ответить тот.
– Тогда я приеду. Завтра же соберу вещи, возьму Бритту и отправимся к вам.
Герв довольно усмехнулся.
– Рад, что ты решилась. Я распоряжусь, чтобы завтра в восемь утра у тропинки вас ждала машина.
– Спасибо, – с искренней улыбкой ответила ведьма, подмигнула мне и отошла в сторону.
Мы с Гервином разместились на заднем сидении шикарной чёрной машины, и наш водитель вслед за остальной колонной тронулся с места. Ну а Крайт и Иглар ехали в следующей, чтобы никому не было тесно.
Мара с нами не было, он умчался в Тирон всего через пару дней после нападения на дворец. У принцессы Эниремии как раз подходило время родов, и Анмар заявил, что просто обязан быть с ней рядом. А вот бойцы из его отряда остались с нами и тоже помогали в расследованиях и наведении порядка в провинции.
– Почему ты сам не водишь машину? – спросила я Гервина, глянув на прозрачную перегородку, отделяющую нас от водителя.
– Не по статусу, – улыбнулся принц. – В моей жизни, Кэт, очень много условностей, которые даже мне самому кажутся глупыми.
Я кивнула и отвернулась к окну, когда услышала продолжение фразы:
– А теперь тебе тоже предстоит жить с ними. Поверь, принцессу сковывает не меньшее количество правил и традиций.
– А если твой отец откажет? Он ведь может, – проговорила, снова взглянув в глаза Герву."
"– Не откажет, – покачал тот головой и погладил мою ладонь, которую так и не отпустил с того момента, как мы вышли из покоев. – Кэт, скажем, сейчас Айвирией мы правим на равных.
Его слова меня очень обрадовали, и вдруг пришло окончательное осознание того, что именно я чувствую к своему принцу. Это было не бушующее пламя страсти, не вспышка влюблённости. Нет, теперь я ощущала в себе тот самый ровный огонь, как у разгоревшегося костра.