Айв задумчиво постучал пальцами по рулю.
– А диплом тебе всё-таки нужен. Обязательно. Сейчас ты живёшь с родителями, под крылом герцога. Но однажды можешь решить начать самостоятельную жизнь. И что тогда? Ты ведь просто не сможешь заниматься целительством. Тебя за лечение без диплома даже арестовать имеют право.
– В академии принимают восемнадцатилетних. А мне уже скоро двадцать четыре, – ответила ему, и даже села боком, чтобы было удобнее на него смотреть.
– И что? В Тироне в главную академию принимают в любом возрасте.
– Предлагаешь мне отправиться туда? – удивилась. – Сколько там курсов нужно закончить? Пять?
– А потом ещё два года провести, как стажёр, при какой-нибудь клинике, – добавил Аск.
– То есть, самостоятельно лечить я смогу не раньше, чем мне исполнится тридцать один, – я поморщилась. – Нет уж. Да и не отпустит меня отец. А если сбегу, найдёт и вернёт.
– Помнится, ты что-то говорила о женихе, – задумчиво протянул айв.
Я махнула рукой.
– Мы уже несколько лет помолвлены. У него карьера, и к браку он не стремится. Я, честно говоря, тоже не горю желанием что-то менять. Меня и так всё устраивает.
Аск повернулся и посмотрел на меня удивлённо.
– Решила остаться старой девой?
– А почему нет? – я даже не обиделась. – Мне и так хорошо.
– Кэт, – он вздохнул так, будто собирался объяснять мне прописные истины, – сейчас в тебе говорит капризная своевольная дочь герцога, которая, несмотря на возраст, и жизни-то не видела.
– А ты вообще ничего о своей жизни не помнишь, так что не тебе читать мне морали, – возразила я.
– Но я точно помню, что никогда не сидел на месте, – возразил он. – Я бывал во многих странах. У меня точно есть магическое образование. И уж точно могу тебе с полной уверенность сказать, что я никому не позволял принимать за меня решения. Это точно.
– Как ты можешь это утверждать?
– А вот так. Чувствую. Пусть памяти меня лишили, но моя личность при мне. Да и о мире я знаю немало.
– У тебя крайне своеобразная личность, Аск. Правда, до тебя я так близко с айвами не общалась. Может, вы все такие?
– Айвы, как и люди, все очень разные, – улыбнулся он. – Мы по сути-то мало чем отличаемся.
На некоторое время в машине воцарилась тишина. Нет, она не была тяжёлой или напряжённой, наоборот, даже казалась уютной.