Надела розовую блузку, у сестры одолжила, накрасила ресницы и даже соорудила на голове укладку, с чем обычно не заморачивалась, но, увидев, что Айша всегда собранная и ухоженная, решила, что для Германа это важно.
– Закончил? Какой ты молодец! Так о маме заботишься! А у меня такой дурдом в квартире, племянники достали уже своим криком и вознёй. У тебя тишина, как на острове спокойствия. Ну что, выпьем? – Юля откупорила бутылку светлого пива, специально выбрала сорт, который нравился Герману, запомнила. Разлила в два бокала.
– Ну, давай выпьем, – ответил Герман безо всякого энтузиазма в голосе. Он расстроился, что это пришла Юля, а не Айша. Хотя, может, это и к лучшему, нужно ещё с матерью посоветоваться, что же делать.
Слово за слово, и он рассказал Юле о своей проблеме. То ли пиво на голодный желудок плюс нервы этого длинного дня подействовали, то ли она смогла его к себе расположить, выведя на откровенный разговор, – но он ей признался:
– Меня сегодня Айша огорошила – сообщила, что у нас будет ребёнок.
Юля, конечно же, сразу поняла это. «Вот это вовремя зашла!» – пронеслось в голове. И хоть она опешила от услышанной новости, которая лишала её надежды на всё запланированное, но выбрала безошибочно нужный тон:
– Так что за проблема? Пусть аборт сделает, и всё.
– Десять недель, говорит.
– Ну вот, ещё есть время. Только нужно быстро действовать. У меня знакомая гинеколог в нашей больнице. Могу договориться, чтобы быстро, с хорошей анестезией и отдельной палатой. – Юля старалась говорить неспешно, чтобы не выдать своего волнения.
– Да не будет она аборт делать! В том-то и дело! Выгнала меня. Типа иди и решай, с нами ты или без нас. – Герман тоже говорил медленно, задумчиво, вспоминая их сегодняшний разговор, словно проживая его ещё раз, оценивая произошедшее по-другому.
– Гера, ну что ты так переживаешь! Это же её решение. Сама залетела, пусть сама и разгребает. На фиг она тебе сдалась? И так семь лет мозги тебе выкручивает.