– Тоня, вот тебе повезло, самый видный парень за тобой ухлёстывает, – обмолвилась как-то Галя, девушка с соседней койки.
– Вот ещё! Мне не нужны эти ухаживания. Я сюда работать приехала, а в институт поступила, чтобы учиться, – отрезала Тоня, показывая, что не намерена продолжать разговор.
– Да? Вот бы он за мной захотел ухаживать, да я бы счастлива была, – не унималась Галя. – Такой парень видный! Высокий, широкоплечий, блондин, да ещё и волосы вьются. А поёт-то как, заслушаешься!
– Певец – это не профессия.
– Ну, спать так спать, – вздохнула Галя. – Да, я хочу тебе спасибо сказать за то, что ты меня на сортировку вытащила, а то бы я уже разболелась, как другие.
– Да я-то тут при чём? Просто ты хорошо работаешь, вот тебя и поставили ко мне в бригаду. Всё, спим, – ответила Тоня, а сама задумалась насчёт Серёги. Может быть, и правда присмотреться к нему, всё ходит вокруг неё и ходит, вчера картофельное сердце ей притащил и песню спел под окном сортировки про сердце, которому не хочется покоя… Тот ещё романтик, девчонки все обхохотались!
* * *Весна в Москве наступает всегда намного раньше, чем в Подмосковье.
"Тоня ждала весны больше всех. Родители целыми днями пропадали на работе. Отец приходил пораньше, а мама брала подработку и вечерами ещё мыла полы в подъездах двух домов. Тоня была предоставлена сама себе почти с рождения. Нет, конечно, она ходила в садик и школу, но если болела или приходила с продлёнки пораньше, то с малых лет сама разогревала себе еду или ела холодное, что мама оставила, а иногда просто покупала булочку по дороге. Весной можно было пропадать на улице допоздна.
Всякие попадались – и врушки, и воришки, сразу не разберёшь, и от этого спокойно играть не будешь.
Ей нравилось заходить в булочную неподалёку от пожарной каланчи.