— Ты хоть представляешь, что ты наделала? Обрела на теле пару сотен татуировок, которые просто кричат о том, что ты теперь настоящая и официально законная жена своего мужа!
— А разве это плохо? — попыталась вставить я свое слово.
— Это ужасно!
Сказал, как отрезал.
— Ты обеспечила своему мужу приговор и выстлала его дорогу на виселицу цветами, причем в самом буквальном смысле!
— Дариэн, послушай меня…
— Нет, Маша, это ты меня послушай! — Перебил Дариэн. — Император не глуп, и теперь у него развязаны руки, и есть прямое доказательство тому, что твоя нестабильная магия грозит многими бедами.
Я совсем поникла.
— Прости, Дариэн, это все взбесившиеся гормоны, — попыталась оправдаться я и поняла, насколько глупо звучит это самое оправдание."
"Хранитель открыл какой-то ящичек и вынул оттуда черный камень размером с ладонь.
— Это портал. Камень из стены Храма, который перенесет тебя туда и Драко. Возвращайся за мужем и уводи его из замка. У вас есть несколько часов, чтобы привести сюда Серого, а он никогда не покидает Храм и не отходит далеко от Источника и Врат. Скажу тебе больше, Маша, — Дариэн сделал паузу и зловеще так ухмыльнулся, — он спит и видит, как ты шагнешь за пределы этого мира и больше никогда сюда не вернешься.
Я смотрела на татуировки, переливающиеся золотом на коже, и чувствовала такой стыд, что словами просто не передать.
— Дариэн, я сильный маг и могу убедить императора в своих возможностях.
— Он тебя уничтожит, Маша, не думай, что император так прост. Он готов к тому, чем ты обладаешь.
— Тогда чем, скажи, нам поможет присутствие Серого?
Дариэн сгорбился и снова напомнил мне того седого старца, которого я впервые увидела в Обители.
— Если меня проклял учитель, то императора — Серый. Он может остановить войну, но для этого ты должна предложить ему нечто такое, от чего он никогда не сможет отказаться.
— Слезу, — прошептала я.
— Да. И теперь тебе придется обменять ее на то, чтобы нас не вырезали и не сожгли. — Закончил Хранитель и отвернулся от меня к окну, показывая тем самым, что разговор окончен.
Я поплелась к выходу, стараясь не плакать и снова не натворить бед и не вызвать катаклизм.
— Вот и выбирай после этого любовь, — обреченно вздохнула я и шагнула в оранжерею, чтобы сотворить заклинание выброса.