— И после пригласи ко мне Кутузова и Нахимова, потолкуем.
Через десять минут Петр, как ни в чем не бывало, выступил перед всей верхушкой, сообщив, что причастные к нападению на питерский институт будут наказаны. Также он поручил ученым разобраться, что за бомбу подорвали в здании. Распределением студентов он доверил заняться советнику по образованию.
Царь раздавал приказы, и чиновники, кланяясь, один за другим удалялись.
— Тихомир Тихонович, голубчик, — Петр обратился к главе Канцелярии. — Разрешаю использовать первый тайный отдел под протоколом номер три.
Князь Ефремов молча встал, отдал честь и вышел вместе графом Газоновым.
Даже Игнат знал, что так разговаривать с Ефремовым может только Петр Петрович. Раз это дело поручили самому главе Канцелярии, да еще и разрешили целый месяц пользоваться первым тайным отделом, то виновников точно найдут в срок.
Дальше царь обратился к единственному представителю СМИ, двоюродному брату Сергея Есенина, Разгуляеву Ивану Михайловичу.
— Для народа Империи я хочу заявить, что открываю институт, похожий на КИИМ, но на Северном метеоритном поясе. За истекшее время экстренный формат обучения на границе с Дикой Зоной показал себя с лучшей стороны.
Оставшиеся в зале совещаний начали шептаться. Многие, но не генерал Кутузов и не адмирал Нахимов, которые спокойно сидели в углу и наблюдали.
Через полчаса, когда заседание подошло к концу, Петр Петрович удалился. За ним последовал и Игнат Венедиктович.
— Зови этих братов-акробатов, — приказал царь.
Через пять минут военные стояли по стойке смирно. Петр Петрович сидел на троне и смотрел на обоих хмурым взглядом.
— Давайте без лишних обжиманий, парни. — Царь поднялся. — За мной.
В дальней части комнаты находилась дверь в подвал. Игнат знал о ней и даже пару раз бывал внизу. Размеры подвала поистине огромны. Казалось, что он занимает территорию куда больше, чем весь Кремлевский дворец.
Оказавшись в подвале, они зашли в одну из комнат. Было холодно, и у Игната моментально пошел пар изо рта.
В центре на столах лежали четыре тела.
— Это они? — спросил Нахимов, подойдя поближе.
— Да, удивительно, что не сгорели, — сказал царь. — Мало кто способен выдержать и трети моих сил.
— А сколько вы приложили в тот раз? — спросил Кутузов и тоже подошел к столам.
— Сорок процентов, — сказал Петр. — Видели подобных ребят?
— Я нет, — ответил Нахимов.
— И я нет, — заявил Кутузов.
— Тогда задание остается прежним.