Пожимаю плечами. Так хочу вернуть себе непринужденный вид. Уверенность напускную показать, мол, не страшно. И не волнуют меня. И пальцы подрагивают по другой причине, а не потому, что мне прикоснуться к ним хочется.
– Мы не твои студентики на вписках, - Ник усмехается, отстраняется. Лишает своего тепла, а огонь в камине совсем не греет. – У нас другие развлечения.
– Прошлую игру я помню. Отвечать или пить, так? Не верх оригинальности.
– Аккуратнее, красивая, - Клаус предупреждающе понижает голос. – Не стоит так говорить.
– Или снова наказанием воспользуешься?
– Нет. Раззадоришь моего брата, после не жалуйся на его игры.
Уголок его губ дергается в подобии улыбки, а у меня вакуум внутри образовывается. Черная дыра, которая всё затягивает, скручивает, воздуха лишает.
Тянусь за бокалом, делаю несколько жадных глотков. Алкоголь приятным вкусом растекается по языку, теплом спускается ниже. Придает смелости, а ещё получается маленькая пауза.
Слизываю каплю вина с губ, ловлю внимательный взгляд Ника. Тот не скрывается, следит за тем, как мой язык скользит по губам.
– Дразнишься, красивая, - вроде упрек, но слишком довольный голос. – Опасно голодных мужиков изводить. Кто знает, в какой момент мы не выдержим?
– Разве… Разве у вас не должна быть идеальная выдержка?
– Должна, ты права. Проверим?
– Что?
– Игра, Карин. Правила простые – не сдаваться, не отказывать. Посмотрим, у кого лучше получается держать себя в руках.
Кажется, Клаус был прав.
Ник придумывает игру, а у меня сладостная дрожь по венам спускается. От осознания, что загнала себя в ловушку. Выигрыш, который точно получу не я…
Но, может, Ник тоже не ошибался? Может, это возможность и для меня получить то, чего тайно желаю?
Глава 25. Карина
Я могу отказаться. Никто не заставит меня играть, пусть только попробуют. Можно улыбнуться, пожать плечами и сказать, что мне такое не подходит.
У меня есть способ сбежать от этой игры, конечно. Проще простого, даже напрягаться не нужно. Но пока я решаю нужно ли мне это, мужчины всё решают за меня.
Один рывок, чтобы я оказалась напротив Ника. Наши носы соприкасаются, его дыхание ласкает кожу. Мгновение до того, как весь мир взорвется.
– Нельзя же касаться, - шепчу, страшно говорить громче.