Царапаю пальцами кожу Клауса, оставляю ярко-красные отметины. Пытаюсь хоть как-то выместить то, как меня разрывает внизу. Не запредельная боль, я могу выдержать, но при этом чертовски неприятно. Как лезвием по коже прошли.
– Тише, красивая, сейчас станет легче, - голос мужчины звучит непривычно нежно. Ласково, успокаивающе. Жмурюсь, прогоняю собравшиеся слезы в уголках. – Царапайся или кусайся, если тебе станет легче. Что угодно, я разрешаю.
Мотаю головой, это сумасшедшее. Причинять боль в ответ на боль не сработает.
Но сейчас… Неприятные, острые ощущения понемногу утихают. Клаус не двигается, дает мне время привыкнуть, подстроиться. Его взгляд пугающе внимательный и беспокоящийся.
Всё совсем не так, как я ожидала. Медленно и нежно, почти что трепетно. Сердце заходится в бешенном припадке, выплясывает в груди. Реагирует на такую своеобразную ласку. Внимательность, которая касается самой души.
Ерзаю под мужчиной, двигаю бедрами. Он как скала навис, неподвижный.
– Нормально? – у Клауса такой хриплый голос, с ноткой тревоги, что у меня пальцы начинают дрожать. – Болит?
– Нет. Нормально. Да, - шепчу лихорадочно, прислушиваюсь к себе. – Можешь двигаться.
– Уверена?
– Яхочу, чтобы ты двигался.
Стону, когда Клаус делает первый толчок. Неспешный, словно миллионы лет проходят.
Желание нарастает, давит в груди. Не умещается в теле, хочет большего. Всю меня охватить пламенем страсти, подчинить себе. И я подчиняюсь, позволяю себе стонать и кричать, обнимать мужчину за шею. Целовать его губы, тереться о щетину.
Получать всё, что хочется.
И в том, что Клаус не спешит, есть своя особенность. Свой вихрь, в котором меня лишает кислорода. Толчок, ещё один. Каждый как своя вечность, свой предел возможностей.
– Вот так, красивая, - говорит, когда я начинаю всхлипывать. – Какая ты умница, как хорошо меня принимаешь.
Похвала кажется проклятием. Душит, ударами ложится на кожу. Ядовитыми парами проникает внутрь, опьяняет. Самое возбуждающее, что я слышала за сегодня.
Пальцы Клауса находят мой клитор, обводят медленно. Лишь дразнится, распаляет всё больше. Круг за кругом, секунда за секундой. Доводят до исступления, до хриплых криков и звезд перед глазами.