– В спальне ты не жаловался.
– Ох, это залёт.
Ник громко смеётся, запрокидывает голову. Его кадык дергается, настолько острый, что кажется – сейчас прорежет кожу. Откровенно потешается над моими словами.
А я замираю, жру реакцию Клауса. Именно он постоянно повторял, что я должна вести себя по-другому. Говорить мягче, не нарываться. Контролировать слова и характер. И сейчас кажется самым важным: поменялось ли что-то.
Он продолжит или остановиться? Начнет снова меня запугивать или учить? Или просто пропустит слова мимо ушей, прощая такую дерзость? Мне дико, до нехватки кислорода, нужно понимать.
Насколько сильно между нами всё поменялось. Поменялось ли вообще? Или в конце концов, всё вернется обратно? Откатом вернет к тому, что Клаус будет чужим?
– Нахалка, - вместо нравоучений произносит Клаус. Я кожей чувствую его улыбку. И меня отпускает. Безмолвный ответ так легко читается, спасением кажется. – Ты ведь помнишь, что я говорил?
– О чём именно?
– Об уважении забывать не стоит, красивая.
– Ты всё хамством можешь назвать, если захочешь. Раньше так и делал.
Разворачиваюсь в руках Клауса, продолжаю улыбаться. Жду, что ещё мужчина скажет. Он прав, это как балансировать на грани. Сейчас Клаус просто подтрунивает, испытывает меня.
И это мне нравится.
Дразнящая, распаляющая перепалка. Слово за слово, пока внутри котел бушует.
Что никто не заберет.
– И снова будешь придумывать наказания, Клаус?
– Нечего придумывать. Нарвешься, красивая, и я тебя трахну. Так, что голос сорвешь.
– Это наказание или поощрение? А то я запуталась.
Не могу поверить, что сказала это. Замолкаю, стыжусь того, насколько пошлые слова слетели с губ. А глаза Клауса темнеют, две черные дыры напоминают."
"Дергаюсь в сторону, заражаюсь беспричинным весельем.
– Сейчас проверим, красивая, понравится ли тебе наказание.
Мне не страшно, ни капли. Полностью расслабляюсь в руках Клауса, позволяю сделать всё, что он хочет. Я не уверена, что смогу кончить ещё раз. Что выдержу ещё один раунд, когда мышцы дрожат от усталости и напряжения.
Но я не спорю.