"
"А я ищу поддержку хоть у кого-то. Вот сейчас мама выйдет навстречу и спросит, что происходит. Или отчим проявит капельку милосердия и поможет мне, отменит наказание.
Но в лицо бьёт морозный воздух, пощипывая кожу, и никто меня не спасает. Клаус и Ник идут рядом со мной, зажимая по бокам. Словно я смогла бы сбежать.
– Я или ты? – Клаус потряхивает ключами в руках, кивая на машину. – Кто первый за рулем?
– Ты. Моя очередь посидеть рядом с девчонкой.
– Если вы меня хоть пальцем тронете, то мои братья…
Почему-то это вызывает смех у мужчин.
Темные густые волосы, небольшая щетина. Ник и Клаус чем-то похожи, неуловимо. Хотя у Ника более острые скулы и квадратный подбородок, а Клаус кажется крупнее. Но всё равно похожи!
– Садись, красивая, - мужчина подталкивает меня в спину, открывает дверцу. – И давай без приключений. Если попробуешь сбежать…
– То что?
– То твои сводные братья, - снова этот смешок, пока я забираюсь на заднее сидение.
– Нет, - бурчу, дергая на себя ремень. Он, как назло, застряет и вызывает злость. – Не хочу.
– Дай сюда, - Ник ругается, сжимает мои пальцы. У него холодная кожа, ледяная просто. Отшатываюсь и бьюсь плечом о дверцу. – Не умеешь пользоваться? Ни манер, ни навыков.
– Да ты…
– За грубость тоже полагается наказание.
– Зря ты, а… Ник, предупреждаешь её. Пусть нарывается, потом будем наказывать в своё удовольствие. Ты ведь любишь провоцировать, правда, красивая?
Поджимаю губы от этого обращения, отворачиваясь к окну. Радуюсь, что в машине всего четыре места. И поэтому между нами с Ником расстояние и подставка.
Это не гарант безопасности, но так я могу хоть дышать. Через раз, втягивая воздух. Секунды тянутся вечностью, пока Клаус прогревает машину. Барабанит пальцами по рулю, включает музыку.
– Готова, Карина? Поверь, - Ник широко улыбается, разворачиваясь ко мне лицом. – Эту поездку ты не забудешь.
А его ладонь опускается на моё колено, сжимая ткань платья.
И тянет его вверх.
Глава 2. Карина
– Не надо.
Всхлипываю от страха, накрываю ладонь Ника своей. Что он планирует сделать? Ничего за гранью, отчим ратовал за соблюдение «чистоты и нравственности».
Конечно, он отдал меня моим сводным братьям, он хочет наказать за то, в чем я не виновата.