Император и Сталин

А есть те, которые стоят копейки и поступки их подлые, и слова – воздух… Их искренне жаль… Но такие тоже непременно должны быть среди вас хотя бы для того, чтобы понимать цену тем реальным, настоящим… Так понятнее?

– И дурак, и тупые ножницы могут пригодиться, надо только уметь ими пользоваться?

– Ты циничен, но так уже лучше.

– Ещё немного, и мы перейдём к библейскому “возлюби врага своего”.

– А чем, по-твоему ты занимаешься? Ты, посвятил свою жизнь борьбе с самодержавием и в результате стал сам самодержавным красным монархом… А сейчас просто замыкаешь круг, оказавшись первым защитником тех, кого сам же так рьяно уничтожал.

– Ты безжалостен. Что, лучше вообще не бороться? Пусть всё идет само собой?

– Само собой оно уже шло. И ты прекрасно знаешь результат. Поэтому бороться надо. Но не с пролетариатом против капиталистов, не с рабочими против крестьян и не наоборот.

Бороться надо за то, чтобы они опять не перестреляли друг дружку в пылу борьбы за светлое будущее для одних и не менее светлое прошлое для других. Поддерживать баланс между потребляемым и отдаваемым, между плюсом и минусом, не допуская разрушения ни того, ни другого – вот высшее искусство. Балансировать на тонкой ленточке социального согласия, когда тебя пинают с обеих сторон и требуют разнести вдребезги и пополам… Бороться надо всегда. Стискивая кулаки, глотая слезы, улыбаясь через силу. Надо стремиться к тому, что сам назвал мечтой или целью. До конца. И привыкать, что всё будет нe тaк, как ты pешишь, но тогдa, кoгдa ты pешишьcя.

– Ты сформулировал то, в чём я боялся себе признаться… Про отказ от борьбы забудь.

Это я хандрю по-стариковски… Имею право, хотя бы временно, пока куда-то волокут моё безжизненное тело…

– Даже в самом безжизненном теле может жить бессмертная душа. И наоборот.

– Я стал хуже тебя слышать. Ты уходишь?"

"– Я остаюсь. Уходишь ты. К своим людям – делать их счастливее, за что они никогда не будут тебе благодарны….

Конец первой части."