– Да, молодой человек, – согласилась Шанина, – вы действительно выглядели белой вороной в вашем бушлате и сапожищах. У меня даже кто-то спросил: как это мастеровой среди генералов затесался?
Шанина предложила Николаю полувоенный, а точнее даже военный костюм: офицерский китель без погон под портупею, галифе, сапоги – офицерские, конечно. И не в одном комплекте, разумеется. Посоветовала и хорошего шорника, у которого эту самую портупею можно было заказать. На холодную погоду Николай выбрал бекешу, она меньше сковывала движения.
– Это куртка такая длинная, – пояснила купчиха.
Что такое парка, Николай знал и сделал в памяти зарубку. В ней будет легче и удобнее зимой, чем в бекеше.
По комнатам разбрелись незадолго до полуночи. Маше не спалось, она вспоминала литургию, заново переживала свои ощущения от, в сущности, первого в своей жизни самостоятельного общения с таким большим количеством народа.
Не спала и Катя, она ворочалась и тяжело вздыхала.
– Ты чего вздыхаешь? – поинтересовалась Маша.
Катя села на кровати, обняв свои колени.
– Маша, а че ты хочешь, чтобы я одевалась как дворянка?
– Ну не в сарафане же тебе ходить!
– Сарафан я и в деревне не слишком носила, но в барском платье… Боязно как-то!
– В барском, – фыркнула Маша. – Забудь. Ты теперь при мне и должна соответствовать. Ты теперь сама барыня!
– Да ладно, – хихикнула Катюха, – барыня!
Маша повернулась на бок и оперлась на локоть."
"– Катюха, я тебя графиней сделаю!
До Кати вдруг дошло, что Маша не шутит.
– За что?
– За все!
– А Кольшу?
– А Колю – графом!
– Машка, по че? – ахнула Катюха. – Ты че, сбрендила?
– Сбрендила не сбрендила, а сделаю! И вообще, ты повежливей с будущей императрицей! Я тебе еще припомню, как ты меня в бане вениками дубасила! Вот велю выпороть!
– Графиню? – ехидно спросила Катюха.
– Я тебя до того выпорю!
– Не, ты не выпорешь, ты хорошая!
Катюха откинулась на подушку и задумалась.