Королева Виктория, узнав о гибели своего политического наставника и друга, побледнела, как смерть, а потом с ней случилась истерика.
– Кто посмел поднять руку на сэра Уильяма?! – кричала она. – Что за таинственные убийцы, совершившие это преступление?! Почему охрана не сумела спасти его?! Ведь эти злодеи так же могут убить и меня!
Придворные только молча пожимали плечами. В конце концов им удалось успокоить королеву, но ответить на ее вопросы никто из них так и не смог. Некоторые из «власть предержащих» тайком судачили о том, что, возможно, таинственная смерть сэра Уильяма связана с не менее таинственной смертью княгини Ливен.
Те же русофобы, кто остался в британской столице, на время притихли, перестав лить грязь на Россию, ее народ и на императора Николая. Как-то неуютно они себя почувствовали… Ведь любого из них могла постигнуть печальная участь виконта Мельбурна.
В далекой России результаты работы «мстителей» оценили сдержанно. Александр Христофорович Бенкендорф, безусловно, был доволен тем, что его сестра отомщена, хотя, конечно, он предпочел бы другой способ наказания злодеев-британцев – он или лично вызвал бы этого чертова виконта на дуэль, или добился, чтобы его судили и отправили на каторгу…
В то же время граф понимал, что все задуманное им нереально, и то, что сделали для него люди из будущего, пожалуй, оказалось единственно верным вариантом.
С императором встреча не предвиделась, потому что Николай, хорошо зная о «карательной экспедиции», все же попросил не посвящать его во все ее подробности.
Щукин ожидал от императора примерно такой ответ и потому просто принял его к сведению.