Развернулась и даже не слушая, что именно мне кричала в спину женщина, вышла из квартиры.
Злость и разочарование этими отношениями выплеснулось в то, что дверью я хлопнула так, что, казалось, задрожал весь подъезд. А эхо от этого действия сопровождало меня на всём протяжении моего пути вниз по лестнице.
Глава 7
— Мам, да не переживай! Всё у меня нормально! — убедить мою мамулю в том, что наше расставание с Пашей не нанесло моей ""тонкой душевной натуре"" никакого сильного удара, было довольно сложно. Она упорно пыталась впихнуть ещё одну порцию знаний по психологии в мою голову.
Я прыгала на одной ноге, пытаясь одеть джинсы и слушала свою любимую мамулю, прижимая телефон к уху плечом. Представляла, конечно, что при расставании с Пашей могу выслушать от неё многое, но не думала, что её сочувствие и сопереживание выльется во всё ЭТО.
Впихнула обе ноги в это орудие пыток. А джинсы превратились именно в это, после того как я постирала их случайно не при той температуре, которая требовалась.
Вспоминая знаменитый клип про лабутены, решила попробовать то же самое, что и девушка в нём. Тренажера не было, да и времени тоже, оставались лишь два варианта. Решила совместить оба. Легла на пол и потянула джинсы наверх. Краем уха слушала маму, время от времени гукала, показывая той, что внимательно слушаю.
Натянув их, глубоко вдохнула и втянула живот на максимум, который была способна сделать.
Теперь нужно встать и проверить, не треснут ли они на…хм-м…пятой точке при ходьбе, наклонах и попытках сесть на стул. На работе я, конечно, переоденусь, но до неё ведь доехать нужно.
— Мамуль, у меня такое ощущение, что ты больше расстроена, чем я…моё душевное равновесие в полном порядке, депрессии нет и уверенность в себе и своей привлекательности я не потеряла.
— Дай мне папу… — посмотрев на часы и подходя к низкому креслу, попросила мамулю. Времени уже было в обрез.
Пока она искала отца по их квартире, чтобы передать тому трубку, села медленно и осторожно. И снова полный порядок.