Бажена, видя, что я ухожу, вдруг сорвалась с места и начала метаться по дому, причитая: «Ну как так! Вы уже… А как же с Йоноком попрощаться… Да что это такое-то…» Она суетливо начала что-то заворачивать в тряпицу. Как оказалось — снедь. Потом эта заполошная схватила какой-то жбанчик и, не глядя, присовокупила его к провианту.
— Возьми, возьми. — Она буквально всучила мне в руки поклажу.
Я лишь пожала плечами и пристроила узелок на черен метлы. Догнала Брока уже за околицей. Он шел вперед, не разбирая дороги.
— Эй, ты чего? — Я попробовала заговорить с драконом.
Ящер не ответил, лишь посмотрел на меня невидящим взглядом. Я покрепче ухватила черенок метлы и, описав вокруг Брока круг, зависла перед ним. Благодаря метелке наши лица оказались на одном уровне.
— Слушай, ну что тебе такого Йон сказал, что ты сам себя потерял?
Вчерашний полутруп наконец посмотрел на меня осмысленно. А потом, отделяя каждое слово, произнес:
— Йон напомнил мне о главном.
— Слушай, потери — потерями, но мы-то живы, пока живем, а не существуем. А ты сейчас напоминаешь мне именно эту «существующую субстанцию». Временами даже разумную.
— На что намекаешь? — Кажется, Брок начал злиться. Ну и хорошо. Лучше злой дракон, чем потерянный дракон. К тому же рассерженный ящер мне уже как-то привычнее.
— Я? Намекаю? Да я прямым текстом кричу. Разве что транспарант в руках не держу.
Дракон сцепил зубы и, отмахнувшись от меня, потопал дальше. Впереди маячил заливной луг, к середине лета уже скошенный. О последнем свидетельствовали смётанные стога.
Шаг у ящера был размашистый, уверенный. А ведь он еще до конца не оправился, что бы ни пел Йон про его драконью регенерацию.
Я посмотрела на удаляющуюся спину и поняла: мне срочно нужен заместитель. Ну или исполняющий обязанности попаданки, чтобы нервничал вместо меня, переживал, работал службой экстренной психологической помощи для драконов.
— Ну не хочешь говорить об обиде на Йона, давай о другом поговорим…
— Чего ты ко мне прицепилась хуже голодной блохи? — не выдержав, рявкнул Брок. Мы с метелкой аж замерли."
"— Это я-то прицепилась. У меня на руках хилый дракон, который стоит на ногах лишь от злости. Спорю, вот сядешь на землю, отойдешь чуток, успокоишься и даже встать не сможешь.