Интимный дневник. Записки Лондонской проститутки

Но эти примеры относятся к событи­ям, разделенным довольно небольшим отрезком времени, и ничего не говорят о долговременной памяти.

Иногда проходит мимо меня человек — и я вздрагиваю: так ведь пахнет А-1. Мы с ним давно уже просто друзья, кажется, прошла целая эпоха, как закончился наш роман. От него шел запах горячего песка. Меня всегда так и тянет пойти вслед за таким человеком, куда бы он ни направлял­ся. Хочется схватить его за локоть, пока он не скрылся в толпе на станции метро, или нацарапать на клочке бумаги записку и незаметно подсунуть ее ему в карман.

Я хочу знать, какими духами он пользуется. Хочу спросить, какое он имеет право пахнуть так, как пахнет сам секс.

lundi, le 26 Janvier

У Н. есть одна подруга, ее зовут Энджел, она такая же рабочая лошадка, как и я. Я постоянно ее где-нибудь встре­чаю — мы ходим в одни и те же места."

"Я всегда восхищалась ее фигурой, хотя самой мне не хотелось бы иметь такую. Никаких женственных округлос­тей: узкие бедра и точеная попка.

Поистине торжество скуль­птурной инженерии, одни только ноги прямо от шеи, длин­ные волосы, и все остальное выверено до последнего санти­метра. Проснуться в один прекрасный день в ее удивительном теле, облаченном в платье от Версаче? — это был бы кош­мар и ужас. Но стараться переделать свое собственное тело по ее образцу бесполезно, будет только хуже.

Несколько дней назад я выходила в свет — и вот в од­ном месте зашла в дамскую комнату, чтобы подкрасить губы. К несчастью, это оказалось одно из ультрасовремен­ных мест с умывальником, похожим, скорее, на какое-то корыто, в котором струя воды брызгается во все стороны, а слишком уж узенькое зеркало подсвечено как-то снизу и наискось и освещает только пространство между ключи­цей и подбородком.

Да, вот такое волшебное зеркальце, оно не льстит, оно никому спуску не даст.

Итак, поразмышляв о том, что туалет явно проектиро­вал какой-то дизайнер-женоненавистник, я обернулась — и вдруг увидела Энджел: она сидела, скорчившись на полу, и всхлипывала.

Меня она еще не успела заметить. Было что-то такое хрупкое в ее поднятых плечах и склоненной шее, что я не смогла так вот взять и уйти.

— Что случилось? Что с тобой? — прошептала я, опуска­ясь на колени рядом.

Задыхаясь и всхлипывая, она выложила мне всё: и не­приятности с ее мужчиной, и семейные проблемы, потом про операцию, которая у нее недавно прошла неудачно, потом — что это была за операция.