Зрение у меня не очень-то, но похоже да, что-то машина эта уж очень смахивает на машину моего Мальчика: точно такой же «фиат», и цвет совпадает.
Я так и задрожала, совершенно непроизвольно. Стало вдруг холодно, задуло от окна — я задернула занавески.
— Таких машин тысячи.
— Когда я останавливался, ее там не было, — сказал Н. — И у твоих соседей такой нет.
Я спокойно отвернулась от окна, протянула руку, взяла чашку с недопитым чаем и снова села.
— М-м-м... Не думаю. Не знаю.
Впрочем, когда через час Н.
dimanche, к 8 fevrier
Середина восьмидесятых. Летом моя мама иногда отправляет меня на неделю, по рабочим дням, в молодежный еврейский лагерь. Обычно мы весь день болтаемся по лагерю без дела, играем от скуки в разные настольные игры.
Порой нас заставляют играть и в какие-то странные спортивные игры, правила которых никто толком не знает, как например, в какой-то корфбол. Иногда ходим в походы.
Однажды на двух автобусах поехали на пляж.
Воспитатели как следует всех отряхнули и только после этого разрешили нам сесть в автобусы. Но когда мы вернулись, песок все равно был везде, и в голове, и в трусах, и в прочих местах, поэтому взрослые приказали мальчикам и девочкам разойтись по разным комнатам, переодеть купальники и вытряхнуть как следует полотенца. А между этими двумя комнатами было что-то вроде коридора с вешалками, и вот две девчонки постарше прокрались туда незамеченные и стали подглядывать, как мальчишки переодеваются.
"Мне подсмотреть ничего не удалось. Не потому, что я не хотела, просто эти старшие девчонки были высокие, толстые, загораживали вид и не давали смотреть больше никому. А потом рассказывали, что они там увидели (как я позже узнала, рассказ их грешил, мягко говоря, большими неточностями).