Интимный дневник. Записки Лондонской проститутки

Встрянь в разговор с совершенно незнакомым челове­ком, делая вид, будто вы знаете друг друга рке целую веч­ность: обычно они все хватают эту наживку на лету. Непре­менно используй как можно больше жестов и других при­емов типа касаний рук, вопросов о семье и так далее.

NB: именно так я познакомилась с А-1.

Правда

Расскажи кому-нибудь, что ты работаешь девушкой по вызову. И потом засмейся. И никто тебе не поверит. «Ой, я вас просто разыграла. На самом деле я, вообще-то, мо­нахиня».

dimanche, le 14 mars

Конец этого романа был написан уже с самого начала.

Он — человек, который платит женщинам деньги, чтобы заниматься с ними сексом, я — проститутка, и в какой-то момент ему захочется трахать за деньги кого-то другого.

Я привыкла к нему с детства, а поскольку я его не люб­лю, признаюсь, что просто разговоры с ним всю ночь на­пролет мне нравятся не меньше, чем половые сношения.

В ванной комнате наверху у него такая большая ванна с позолоченными кранами, а на стенах висят четыре ри­сунка: сельские виды Франции.

Он говорит, что это ему подарили сами художники. Я так часто смотрела на эти картины во время купания, что когда в ванной у него был ремонт и заново красили стены, а потом снова повесили эти картины, я сразу заметила, что висят они не в пре­жнем порядке.

— И правда, — сказал он, сощурившись на эти пасте­ли, — как это ты заметила?

Он знает обо мне очень много. Он знает мое настоя­щее имя, и где я училась, и частенько говорит — он рабо­тает в смежной области, — что если мне когда-нибудь по­надобится в будущем работа, ну тогда вот что.

.. и сует мне в карман свою визитку, уже, наверное, раз двадцатый.

Это похоже на то, как если б у тебя был такой дядюш­ка, который оказывает тебе всяческое покровительство. А заодно и трахает.

Но иногда мы вовсе и не трахаемся. Он не любит рези­ну, а я уж так устроена, что не люблю рисковать. Тогда он просто мастурбирует на меня. Я ложусь, раскинувшись, на кровать или диван, иногда и на пол, под голову кладу подушку или две, а он садится на меня верхом, сразу под грудями.

Я забавляюсь со своими сосками или его яичка­ми, а он дрючит свой болт, уставив его прямо мне в лицо. Потом мы берем зеркало и вместе анализируем резуль­тат — очки присуждаются за густоту, точность попадания и количество. И поскольку он обожает меня мыть, снача­ла мы даем сперме немного подсохнугь, а потом он осто­рожно снимает все влажной фланелью.

Последние несколько недель были какие-то суматошные.